Я помню, я горжусь. Мои героические прадеды

Барсуков Николай Николаевич
Мой прадед – Барсуков Николай Николаевич родился 11 декабря 1918 года в селе Рябчево Лево-Россошанского района Воронежской области.

Он рано остался сиротой, уехал в Воронеж, поступил на работу молотобойцем. Ему было 14 лет, но он был очень сильным человеком.
Там же он поступает в школу военных лётчиков, которую должен был закончить летом 1941 года, но перед самым выпуском заболел, попал в госпиталь.
Началась война. Когда его выписали из госпиталя, оказалось, что их школу в полном составе отправили на фронт. Документ о том, что он лётчик выдать было некому.

Он ушёл на фронт, командовал взводом пулемётчиков, получил должность командира БАО (батальона аэродромного обслуживания), участвовал в штурме Берлина, откуда их перебрасывают на освобождение Чехословакии (г. Брно).
Война для него закончилась в Австрии в 1946 году. Награждён орденом Красной Звезды, медалями. Имеет ранения.

В 1942 году после ранения попал в госпиталь в г.Ижевске, где встретился с моей прабабушкой
Григорьевой Елизаветой Анисимовной.
Она училась в Ижевском мединституте. Когда началась война, она ушла на фронт медсестрой. Несколько раз была ранена. Наград не имеет.

Стихотворения которые сочинил мой дедушка
Барсуков Константин Николаевич

ПИСЬМО ОТ ЖЕНЫ
Там, где яворы мирно дремали,
Тишиной и прохладой полны,
В незнакомом селе, на привале,
Получил я письмо от жены.
И прочел я, волненьем объятый,
Дорогие для сердца слова.
На конверте был адрес обратный
И отчетливый штемпель "Москва".
А потом незаметно я снова
Все письмо перечел в тишине,
Отзывалось в нем каждое слово
Самой нежной любовью ко мне.
Я читал, и росла моя сила,
Мне казалось, что вместе с женой
Тем же голосом мне говорила
Вся страна: "Будь здоров мой родной!"

Обо всем мне жена написала
И в конце, вместо слов о любви,
Вместо "крепко целую", стояло:
"Ты смотри, мой хороший, живи!
Ну, а если от пули постылой..."
Тут шли точки неровной строкой,
И стояло: "Запомни, мой милый,
Есть бессмертие в смерти такой".
Буду жить, буду драться с врагами,
Кровь недаром во мне зажжена.
Наше счастье топтать сапогами
Мы с тобой не позволим, жена.
Над бойцами плыл дым от цигарок,
За деревней гремел еще бой,
И лежал у меня, как подарок,
На ладони конверт голубой.
Я глядел, а улыбка сияла,
И глаза были счастьем полны:
Это Родина мне написала
Чистым почерком верной жены.

Я пишу, а вокруг, дорогая,
Спят бойцы на шинелях своих.
Печка топится. Лампа, мигая,
Свет спокойный бросает на них.
Снова голос твой тихий я слышу,
Он навеки мне в сердце проник:
- Как же, милый, на холод ты вышел
И забыл застегнуть воротник?
В светлой дружбе мы жили с тобою,
Как заветы полевые, росли,
И над нашей чудесной судьбою
Вдруг фашисты топор занесли.
Ничего! Мы обрубим им руки.
Ничего! Стисни зубы сильней.-
Каждый миг нашей горькой разлуки
Враг оплатит нам кровью своей.

Если б только увидеть могла ты,
Как ползу я с гранатой в дыму.
Грозный счет мой открыт для расплаты,
Платят кровью враги по нему.
Не один я такой в нашей роте.
Каждый счет свой открыл именной...
И берем мы втройне при расчете —
За семью, за разлуку с женой.
За страну, за сады, что шумели,
Кровью платят за все нам сполна.
Правда, волосы чуть поседели,—
Что ж поделать, на то и война!
Дорогая, горжусь я тобою.
Только вспомню—и сердцу тепло.
К нам в окопы вчера после боя
Много разных подарков пришло.

Пулеметчики варежки взяли...
И узнал я, мой друг, не таи,—
Их у детской кроватки вязали
Руки Родины, руки твои.
Зимний ветер в трубе завывает.
Спят бойцы—просыпаться им срок.
Печка топится, лампа мигает,
И дописан последний листок.
Я окреп для борьбы и для жизни,
И сплелись воедино во мне
Чувство Родины, верность Отчизне
С нежным чувством к любимой жене.
1942

Мои другие прадедушка и прабабушка тоже познакомились на фронте – прадедушка
Михайловский Михаил Григорьевич
был командиром орудийного расчёта,
а прабабушка
Киселёва Александра Никитична –
зенитчицей.
Они защищали Москву.
У них тоже много медалей.

Награды моих прадедов

Реликвия нашей семьи

Спасибо за жизнь