Мартинос Сарьян

Мартирос Сарьян (1880 - 1972) - один из великих художников ХХ века, выдающийся мастер цвета. «Цвет - это истинное чудо! - восклицал художник.
Для армянского изобразительного искусства самой крупной фигурой такого рода был Мартирос Сарьян, и эволюция его творчества представляется поэтому наиболее поучительной.
Ключом к живописному методу Сарьяна всегда был принцип обобщения, понятого в самых разных смыслах: от темы и настроения до пятна и штриха.
Полотна Сарьяна, написанные яркими, насыщенными красками, развивают новое эстетическое восприятие, давая возможность понять, что искусство не есть лишь имитация реальности: оно требует свободы воображения и абстрагирования. В то же время художник сохраняет в своих произведениях простые природные формы. Мартирос Сарьян всегда считал природу своим главным учителем.

В 1904-1907 гг. Сарьян создает акварельный цикл «Сказки и сны». Изображая простые по форме фигуры людей и животных на фоне многообразной, пока условной по характеру природы, Сарьян добивается необычной пластики и мелодичности.

"У гранатового дерева" 1907 г., могучее чудо - дерево расцветает волшебными мазками - перьями, которые проливаются золотым дождем сквозь синеющую крону. Мелькающие в ветвях цветы кажутся птицами, птицы - цветами. Здесь все исполнено превращений, таинственных смыслов. Нежная антилопа и фигура человека словно составляют единое мифическое существо.

Сарьян впервые попадает в Армению в 1901 году и с тех пор не представляет себя, свой творческий дар без этого выжженного солнцем, сурового горного края. Обобщением раздумий о единстве судьбы художника и его родной земли стал "Автопортрет" 1909 г. Лицо, иссеченное оранжевыми и голубыми полосами мазков, словно вытесано из скалистых уступов, неотделимо от горных круч, возносящихся к небу. Вечный странник, он сравнивает себя с перелетными птицами, которые подобно стрелам опускаются из поднебесья на землю.

В картине "Улица. Полдень. Константинополь" 1910 г. он обобщает свои впечатления. Небо, дома, улицы, сходящиеся в одной точке в центре картины, воспринимаются как сегменты единой мировой сферы. Небо и земля, свет и тень кажутся равнозначными и неотделимыми. Оранжевое солнце и голубые тени не воспринимаются как извечная антитеза тьмы и света, жизни и смерти, а звучат как нетленные категории мировой гармонии.

Картина "Финиковая пальма" 1911 г. стала обобщением египетских впечатлений. Раскинувшаяся в центре, могучая финиковая пальма воплощает незыблемую симметрию древнеегипетских канонов. Глинобитные домики, люди, животные стекаются к этому дереву жизни, дарующему благодатную тень в изнуряющую жару. Изображение отточено до афористической ясности. Появляющаяся с краю картины надменная и величавая как сфинкс голова верблюда привносит динамичность, присущую взгляду европейца.

Жена и дети на портрете 1929 года "Моя семья", уютно устроившиеся на диване, кажутся загадочными египетскими сфинксами на фоне смотрящей сквозь века своим всевидящим взором египетской маски. Яркая бирюза портрета словно вбирает в себя бездонность небесной лазури.

Пожалуй, самая интимная и любимая тема для Сарьяна - цветы. Он остается преданным ей на протяжении всей своей жизни с ранних натюрмортов до грандиозных мемориальных картин, таких как "Армянам - бойцам, участникам Великой Отечественной войны. Цветы" 1945 г. Цветы, это воплощение совершенства творческого разума природы, помогли стать Сарьяну самобытным колористом. Великим мастером выразительно цветового пятна.

Колхоз села Кариндж в горах Туманяна 1952.
Лотос. 1911. Картон, темпера
Цветущие деревья. 1910. Картон, темпера.
Портрет поэта Егише Черенца. 1923. Холст, масло