Моисеева Маргарита (стиль С.Г. Писахова) Хранители снега

Край наш Архангельский дивится сугробами своими да снегами белыми. Снежочек, по которому челя́дежки спо́рыш бегат и гогочут, а ба́ские жо́нки за ними приглядыват. Но никому не видано, куды девается природный дар летом. Каждую зиму снежка в краях аших много, значит, никуды он и не уходит. Вопе́рьво трёкать будем про Пещерки Закоржеве́лые.
Однажды выпал на землю снежок, с тех пор люди шибко ценят и хранят его в Пещерках Закоржевелых, а Шуга́женьки, кряжистый северный народ, следят за ним. Сначала Шугаженьки считат дни до перво оттепели, дабы выяснить, кода собирать-ко снег. Ешшо был случай, когда Шугаженьки не доперли в своих расчетах, что ошиблись, и пловна

всего снежка растаяла. Нелюба тогда было, земля была нестату́хой, да зверушки все подрика́ляли подальше.
Э́вона время снег собирать. Достают-ко Шугаженьки больши-больши мешки, сплетенные из хрустальных кутков руками ладных мастеров, привозят к сугробам кошовки, запряженные десятком благородных рысей, берут в руки лопаты размером с лапу огромного белого мишки и начинают-ко снег спасать.
Скидывают снежок в мешки блестяшшие да потуже утрамбовывают, дабы все-все поместилось, и ничего не пропало без надобности. Грузят Шугаженьки мешки на кошовки. Вдрызг робят на сборах все Шугаженьки: от дитятки до михряка. Запрыгивают трудяги на

мешки хладны, отерают пот со лба и ико в небо лежа на спине, едут к Наде́я Пункту.
Проезжают повозки много деревень, поселков и городов, везде снежок собирают, не оставляют ничего. Приезжают кошовки к Надея Пункту, спрыгиват с них все Шугаженьки и идут ро́бить дальше. На контрольном пункте сидит Шилыку́н, гри́бницу хлебает да проверяет все мешочки со снежком, аки там может оказаться, что не то. Эко ему дело? Сопи́ да трёкай со всеми... Но нема! Надо все ему проверить, везде залезть… Зато все по правилу.
Шугаженьки в ручки свои берут мешки хрустальные да несут за пределы око́льницы Надея Пункта. Идут человечки дорогой долгой да

скалистой до далеких Пещерок Закоржевелых.
Тяжко им приходится, по темени идут, упасти наровя́т, рассыпать снежок из мешков. Везет им иногда. Находят они хлы́ново, хамьё местное выгоняют в пове́ти да на пола́ти забираются и на боковую, но́не решили шшуки наловить. Дивно устроились, посопе́ли да спати легли.
Наутро встали, почапали дальшо. Лесами идут, оврагами, скалами, через реки барка́ют… Долгий это путь до Пещерок. И тута самый главны Шугаженок – Гляде́лок его звати – кричит раскатистым голосом: «Эвона вижу я обеи Пещерки Закоржевелые! Через больша́к с вами пойдем, главное – не заполости́ться!» И шибко быстро подрека́ляли Шугаженьки за главным своим чрез

дивные поля да ладные леса. Спины уже ломятся от тяжести снега в мешках, но продолжают идти солдатики зимние. Далеко они уже от мест свих отошли, высо́ко в горы залезли, да идут все они.
И наконец-то открывается труженикам вход в Пещерку заветную. Скрыта́ она от простых глаз людских, дабы не база́рился никто на снежок заветный. Заносят Шугаженьки мешки, раскрывают их, да оттуда яркий свет на них бросается – это снег наружу проситься. Высыпают снежок в Пещерку Закоржевелую. А блестит он, как ши́бче хрусталя и золота, разливается тысячами маленьких огоньков. Шугаженьки с ног валятся от усталости, выполнили они задачу свою: доставили снежок, спасли его