В землянке. Стихотворение Алексея Суркова

«БЬЁТСЯ В ТЕСНОЙ ПЕЧУРКЕ ОГОНЬ»
Стихотворение «Бьется в тесной печурке огонь» Алексея Александровича Суркова стало настоящей народной песней времен Великой Отечественной войны.
Стихотворение написано в 1941 году. Его автору в эту пору исполнилось 42 года, он уже был известным автором нескольких сборников, редактором «Нового мира». На фронт его не призывали, однако он сам вызвался трудиться военным корреспондентом.
Первой читательницей этого стихотворения была жена поэта Софья Кревс. Он послал эти строки ей в письме. Они вылились из его сердца после ноябрьского боя на подступах к столице.

Стихи были написаны 27 ноября 1941 года. В тот день Алексей Александрович Сурков по заданию газеты приехал в штаб 258-го стрелкового полка, который располагался в деревне Кашино (нынешней Тверской области). Внезапно в деревню вошли немецкие танки. Нашим пришлось отходить за речку. Сначала по льду под минометным огнем, потом до ближайшей деревни через поле. Как оказалось – минное. Чудом никто не подорвался. Вот откуда строчка "А до смерти четыре шага..." .

«ДАЙТЕ ЧТО-НИБУДЬ, НА ЧТО МОЖНО НАПИСАТЬ ПЕСНЮ»
«Стихи мои „Бьётся в тесной печурке огонь“ так бы и остались частью письма, если бы в феврале 1942 года не приехал в Москву из эвакуации, и не пришёл в нашу фронтовую редакцию композитор Константин Листов (автор знаменитой „Тачанки“ — ред.), и не стал просить „что-нибудь, на что можно написать песню“. И тут я, на счастье, вспомнил о стихах, написанных домой, разыскал их в блокноте и, переписав начисто, отдал Листову, будучи абсолютно уверенным в том, что хотя я свою совесть и очистил, но песни из этого лирического стихотворения не выйдет. Листов пробежал глазами по строчкам, промычал что-то неопределенное и ушёл».
Через неделю композитор вновь появился в редакции газеты, попросил у фоторепортёра Михаила Савина гитару и спел свою новую песню, назвав её «В землянке».

ПУБЛИКАЦИЯ
25 марта 1942 года в «Комсомольской правде» впервые была напечатана песня «В землянке» – слова и мелодическая строчка. Так уж получилось, что публикация эта оказалась едва ли не единственной в первые годы войны. Эта песня сразу же, безоговорочно была принята — и сердцем солдата, и сердцами тех, кто его ждал.