Эрнст Ингмар Бергман

Эрнст Ингмар Бергман – шведский режиссер театра и кино, сценарист, писатель. Признан одним из величайших кинорежиссеров авторского кино.

Ингмар Бергман поставил более шестидесяти художественных и документальных фильмов для кино и телевидения, при этом был автором сценария к большинству из них. Также на его счету более ста семидесяти театральных постановок.

Основные темы творчества Ингмара Бергмана — кризис религии, кризис традиционной семьи, кризис личности; поиски настоящих отношений между людьми.

Делая основную ставку на крупный план лиц, передающих сложную гамму чувств, Бергман с помощью своих актёров выражает сложнейшие переживания экзистенциальной встречи человека с правдой о мире внутри и вокруг себя.

Среди наиболее известных фильмов Бергмана – Стыд (1968); Земляничная поляна (1957); Шепоты и крики (1972); Молчание (1963); Фанни и Александр (1984); Час волка (1968); Персона (1966) и Осенняя соната (1978).

В своей книге «Картины» Бергман писал: «Я хочу сделать фильм о матери-дочери, дочери-матери, и на эти две роли я должен взять Ингрид Бергман и Лив Ульман — их,
и только их…».
В своём фильме
«Осенняя соната»
Бергман
исследует тему
взаимного
непонимания
родных.

Фильм «Шёпоты и крики» собрал коллекцию из двадцати побед и семи номинаций на различных кинофестивалях. Сам Ингмар, ставший классиком европейского атрхауса, называл эту картину самой значимой в своём творчестве. Отчуждение
близких людей,
не раз
становившееся
стрежнем
произведений автора,
и здесь явилось той
основой, на которую уложена эмоциональная многослойность повествования.

В психологической драме «Персона» раскрывается одна из важнейших проблем современного мира, когда, несмотря на, казалось бы, нормальное течение
профессиональной и личной жизни, человек вдруг ощущает одиночество и бессмысленность своего существования.

«То, что моим способом выражения станет кинематограф, было вполне самоочевидно. Я достигал понимания на языке, обходившемся без слов, которых мне не хватало, без музыки, которой я не владел, без живописи, которая меня не трогала. Внезапно у меня появилась возможность общаться с окружающим миром на языке, идущем буквально от сердца к сердцу путями, чуть ли не сладострастно избегающими контроля интеллекта».