Тематика стихотворений А. Вознесенского

Тематика стихотворений А. Вознесенского
Андрей Вознесенский является довольно известным советским и российским поэтом и публицистом. При жизни его творчество признавалось не всеми литературными деятелями, как и творчество Ахмадулиной и Евтушенко. Недовольство творчеством выражали не только другие поэты, но также и власть, из-за чего некоторые тиражи сборников были сожжены.
Благодаря своему таланту и прекрасным стихотворениям Андрей Вознесенский неоднократно ездил с выступлениями на запад, что сделало его самым популярным поэтом в США.
Многие стихи Андрея Вознесенского легли в основу песен, которые были спеты как известными исполнителями российской сцены, так и малоизвестными. Сам Андрей часто выступал в качестве поэта-песенника.

Критик Л. Озеров отмечал: «Я — где боль, везде» — жизненный и творческий принцип Маяковского становится и для Вознесенского ведущим… Болевой порог этого поэта низок, нервы его обнажены «…ты пощупай ее ладонью — болит!» Это «болит» прокатывается по всей поэзии Андрея Вознесенского. Бьют собаку — болит. Бьют женщину — болит. Уничтожают народ — боль. Несут атомную гибель человечеству — боль.
Поэт хочет уберечь от боли всех. Больше того, он скорбит по поводу неосуществленного, неродившегося, потерянного, непроявленного… Всё это боль. И этой болью переполнено его сердце».

Его «Монолог Мерлин Монро» с повторяющимся «невыносимо, невыносимо», его «Лобная баллада», «Бьют женщину», а из более ранних — «Последняя электричка», «Мотогонки по вертикальной стене», «Эскиз поэмы» являют нам поэта, который сквозь женскую боль и женское страдание воспринимает боль и страдание чуждого нам антигуманистического мира.
В стихотворении «Бьют женщину» Вознесенский рассказывает о том, как бесчеловечно избивают женщину в машине, а потом, когда она выбрасывается из машины на шоссе, продолжают ее истязать:
И взвизгивали тормоза. К ней подбегали тормоша. И волочили и лупили Лицом по снегу и крапиве.

Конкретное указание места действия («у поворота на Купавну») придает описываемой сцене достоверность, и в то же время вневременную емкостью:
Бьют женщину.
Веками бьют,
Бьют юность, бьет торжественно
Набата свадебного гуд,
Бьют женщину…Боль и обида за женщину, пусть чужую и незнакомую, рождается в поэте из чувства любви к живому человеку и ненависти ко всему, что унижает личность, порабощает ее:
…Она как озеро лежала
Стояли очи как вода
И не ему принадлежала
Как просека или звезда
И звезды по небу стучали
Как дождь о черное стекло
И, скатываясь, остужали
Ее горячее чело.

Большое место в лирике Вознесенского занимает тема неразделенной женской любви. На контрастах написана «Исповедь». Примелькавшийся повседневный оборот «ну что тебе надо еще от меня?» становится эпицентром «поединка рокового» — любви — ненависти:
Исчерпана плата до смертного дня.
Последний горит под твоим снегопадом,
Был музыкой чуда, стал музыкой яда,
Ну что тебе надо еще от меня?
Однако перед трагической силой любви победительница оказывается побежденной, победа оборачивается поражением, крик боли — шепотом мольбы:
И вздрогнули складни, как створки окна.
И вышла усталая и без наряда.
Сказала: «Люблю тебя. Больше нет сладу.
Ну что тебе надо еще от меня?»

Во многих стихотворениях Андрея Вознесенского звучит тема России, Родины, получая порой необычное звуковое воплощение.
В 80-е годы поэт подходит к новому жанру «видеом», где изображение неотделимо от звука.
Первая видеома «Поэтарх» была создана для Парижской выставки и представляла Золотой шар на голубом фоне неба, от него вверх тянулись золотые нити с буквами алфавита. Эта видеома предназначалась для стихотворения «Когда народ- первоисточник»
Когда народ-первоисточник
Меняет истину и веру,
Печален жребий одиночек,
Кто верен собственному вектору.
Среди виляющих улыбочек
И мод, что все перелопатили,
Мой путь прямой и безошибочный,
Как пищевод шпагоглотателя.

По наблюдению С. Чупринина, в основе поэтического механизма Вознесенского лежат прием: не мысль или чувство порождают метафору, но парадоксальная метафора, сближая самые неожидан­ные вещи и понятия, зачастую с помощью звукового, графического или иного формального подобия слов, порождает чувство и мысль. В этом Вознесенский также продолжает традиции русского поэтического авангарда — опыты поэтов-имажинистов. Еще один излюбленный прием Вознесенского — оксюморон, сочетание слов с противоположным смыслом («Оглянись вперед», «Реквием оптимистический»). Установка на творческий эксперимент и стремление к демократичности и доступности широкому читателю делают творчество Андрея Вознесенского глубоко современным и со­звучным нашему времени.

Первый лёд
Мёрзнет девочка в автомате,
прячет в зябкое пальтецо
всё в слезах и губной помаде
перемазанное лицо.
Дышит в худенькие ладошки.
Пальцы - льдышки. В ушах - серёжки.
Ей обратно одной, одной
вдоль по улочке ледяной.
Первый лёд. Это в первый раз.
Первый лёд телефонных фраз.
Мёрзлый след на щеках блестит -
первый лёд от людских обид.
Поскользнёшься. Ведь в первый раз.
Бьёт по радио поздний час.
Эх, раз,
ещё раз,
ещё много, много раз.

Молитва
Когда я придаю бумаге
черты твоей поспешной красоты,
я думаю не о рифмовке —
с ума бы не сойти!
Когда ты в шапочке бассейной
ко мне припустишь из воды,
молю не о души спасенье —
с ума бы не сойти!
А за оградой монастырской,
как спирт ударит нашатырный,
послегрозовые сады —
с ума бы не сойти!

Когда отчетливо и грубо
стрекозы посреди полей
стоят, как черные шурупы
стеклянных, замерших дверей,
такое растворится лето,
что только вымолвишь: «Прости,
за что мне, человеку, это!
С ума бы не сойти!»
Куда-то душу уносили —
забыли принести.
«Господь,- скажу,- или Россия,
назад не отпусти!»

Мать
Охрани, Провидение, своим махом шагреневым, пощади ее хижину —мою мать — Вознесенскую Антонину Сергеевну, урожденную Пастушихину.
Воробьишко серебряно пусть в окно постучится:
«Добрый день, Антонина Сергеевна, урожденная Пастушихина!»
Дал отец ей фамилию, чтоб укутать от Времени.
Ее беды помиловали, да не все, к сожалению.
За житейские стыни, две войны и пустые деревни
родила она сына и дочку, Наталью Андреевну.
И, зайдя за калитку, в небесах над речушкою
подарила им нитку — уток нитку жемчужную.

Ее серые взоры, круглый лоб без морщинки,
коммунальные ссоры утешали своей беззащитностью.
Любит Блока и Сирина, режет рюмкой пельмени.
Есть другие россии. Но мне эта милее.
Что наивно просила, насмотревшись по телику:
«Чтоб тебя не убили, сын, не езди в Америку…».
Назовите по имени веру женскую, независимую пустынницу —
Антонину Сергеевну Вознесенскую, урожденную Пастушихину.