Изобразительное искусство барокко

Скульптурные шедевры Лоренцо Бернини
Определяя главные особенности изобразительного искусства барокко и скульптурного творчества Лоренцо Бернини, исследователь Н.А.Дмитриева отмечала: «Характерно что живопись мыслится как идеал пластики. Не живопись стремиться стать скульптурной, как в искусстве Возрождения, а скульптура хочет быть живописной… Немудрено писать красками воздушные облака или пушистый мех и легкое кружево, а вот превратить мрамор в облака и мех – это триумф художника, для которого нет ничего невозможного».
Действительно, Лоренцо Бернини умел подчинять своей творческой фантазии твердый камень, превращая его в послушный и податливый материал.
Он мог вручную шлифовать камень по пять – семь часов в день «без передышки». Виртуозно обрабатывая мрамор и бронзу, он добивался удивительных световых эффектов, имитировал блеск и мягкость кожи, фактуру ткани. Но главной заслугой Бернини-скульптора было мастерское воспроизведение тончайших движений человеческой души, в этом искусстве ему не было равных

Уже ранние скульптуры Бернини («Давид», 1619; «Похищение Прозерпины», 1621; «Аполлон и Дафна», 1622-1625; — все в Галерее Боргезе, Рим) свидетельствуют об исключительном даровании; стремясь сделать любимый свой материал, мрамор, податливым, «как воск», он добивается беспрецедентной динамики форм, сложных живописных эффектов.
Лоренцо Бернини. Давид. 1619 г. Галерея Боргезе. Рим.

Лоренцо Бернини. «Аполлон и Дафна». 1621. Галерея Боргезе. Рим.

Подлинным шедевром скульптурного творчества Бернини стала алтарная композиция «Экстаз Святой Терезы» для римского собора Санта Мария делла Витториа. Композиция раскрывает один из эпизодов записок испанской монахини Терезы, жившей в XVI в. и позднее причисленной к лику святых. В своих записках она рассказала, как однажды к ней во сне явился ангел и пронзил ей сердце золотой стрелой:
«В руке ангела я увидела длинную золотую стрелу с огненным острием; мне показалось, что он вонзил ее несколько раз в мое сердце… Боль была так сильна, что я не могла сдержаться от крика, но в то же время испытала такую бесконечную сладость, что… пусть бы эта боль длилась вечно».
Лоренцо Бернини. Экстаз Святой Терезы. 1645-1653 гг. Санта Мария делла Виттория, Рим.

Лоренцо Бернини. Экстаз Святой Терезы. 1645-1653 гг. Санта Мария делла Виттория, Рим.
Бернини изобразил Святую Терезу с запрокинутой головой. Ее веки полузакрыты, она словно не видит представшего перед ней нежного и улыбчивого ангела. Страдание и наслаждение переплетаются в ее болезненно-восторженном облике. Эмоции героини доведены до крайнего предела, до исступления, но при этом у зрителя не создается впечатления неестественности ее чувств. Эффект мистического видения скульптор подкрепил светом, падающим в дневное время сквозь желтое стекло окна собора.

Лоренцо Бернини. Фонтан Четырех рек на площади Навона. 1648-1651.
К лучшим творениям Бернини принадлежат и фонтаны, которыми он украсил Рим. Самые известные из них – фонтан Тритона и Четырех рек – блестящее сочетание экспрессивной барочной пластики с бурлящей и пенящейся водой.

Лоренцо Бернини. Фонтан Четырех рек на площади Навона. 1648-1651.
Аллегорические фигуры изображают самые большие реки континентов — Нил, Дунай, Ганг и Рио-де-ла-Плата (Амазонка тогда была неизвестна).

Лоренцо Бернини. Фонтан Четырех рек на площади Навона. 1648-1651. фрагмент

Лоренцо Бернини. Фонтан Четырех рек на площади Навона. Ганг. 1648-1651.

Покрывало на голове Нила символизирует таинственность его истока, который в то время еще не открыли.
Лоренцо Бернини. Фонтан Четырех рек на площади Навона. Нил. 1648-1651.

Со 2-й половины 1650-х гг. Бернини вновь работает в соборе Святого Петра, создает здесь бронзовую «кафедру св. Петра», украшенную статуями отцов Церкви и ангелов.
Лоренцо Бернини. Кафедра собора Святого Петра. (1656-1665 гг.). Рим.

В этих произведениях («кафедра св. Петра» и надгробие папы Александра) — при всей их живописной риторике — усиливаются черты углубленного драматизма.
Лоренцо Бернини. Надгробие папы Александра VII (1671-1678)

Весьма рано (около 1610) он заявляет о себе и как мастер скульптурного портрета. Портрет возлюбленной художника Констанцы Буонарелли принадлежит к непревзойденным шедеврам этого вида искусства, впечатляя живым полнокровием характера и эмоций.
Лоренцо Бернини. Портрет Констанцы Буонарелли (около 1635, Национальный музей, Флоренция)

Патетического величия полон образ и Людовика XIV, в которых Бернини создал канон придворного скульптурного портрета, вызвавший массу подражаний.
Лоренцо Бернини.
Король Людовик XIV. 1665, Национальный музей Версаля.

Живопись барокко
Монументальная живопись барокко расширяла границы реального пространства, подчеркивала идею безграничности мира. Главные ее темы – торжество божественной справедливости и прославление на небесах Христа, Богоматери и святых, а также античные аллегорические сюжеты, прославление воинских побед, утверждение новых законов.
Живопись барокко получила широкое распространение в западноевропейских странах. Особенно во Франции.

Интерьер Версальского дворца.
Поражали своей парадной пышностью декоративные композиции Шарля Лебрена (1619-1690) в Версале и Лувре. В 1662 г. он стал первым живописцем короля, а затем директором королевской мануфактуры гобеленов (вытканых вручную ковров-картин, или шпалер) и руководителем всех декоративных работ в Версальском дворце.

Характерные черты барокко нашли отражение в жанре парадного портрета. Художники видели свою главную задачу в передаче противоречивых чувств и переживаний, тончайших психологических оттенков человеческой души. Вот почему среди портретов XVII в. нет профильных изображений. Люди в них изображены лицом к зрителю.
Сколько напыщенности и самолюбования в портрете Людовика XIV, выполненого французским художником Гиацинтом Риго (1659-1743)! Поразительны театральность и вычурность позы, высокомерность и снисходительный взгляд «короля-солнца», чрезмерная роскошь одеяния, богатство торжественных драпировок и атрибутов королевской власти.
Гиацинт Риго. Портрет Людовика XIV. 1701 г. Лувр, Париж.

Рубенс – король живописи
Питер Пауэл Рубенс (1577-1640) принадлежт к числу выдающихся художников мира. При упоминании имени Рубенса приходят на память фламандские красавицы с золотистыми волосами, сцены охоты и битв, вакханалии, великолепные пейзажи с клубящимися облаками, стремительно низвергающимися водопадами, могучими тенистыми деревьями, бюезбрежными далями лугов и полей…
Рубенса называют крупнейшим мастером торжествующего барокко. Это правда, так как в своем творчестве он унаследовал и развил многие традиции этого стиля. Но его полотна – это не декорации парадных залов, дворцов и музеев. Это подлинные шедевры, в которых ощущается собственный почерк талантливого мастера.
рубенс. Автопортрет .

Посмотрите на его замечательный «Автопортрет с Изабеллой Брант», и вы поймете, насколько талантлив был этот начинающий художник. Красивое лицо художника спокойно и преисполнено чувства собственного достоинства. С видом ласкового покровительства он слегка наклонился к жене. Его рука опирается на шпагу. Выразительные глаза обращены прямо к зрителю, их бесконечно добрый взгляд полон тихого и безмятежного счастья. Красноречивый жест соединенных рук символизируют внутреннее согласие и любовь.
Да, это был период покоя, труда и тихого счастья в жизни художника. В 1609 г. Рубенс был назначен придворным художником. Это поднимало его престиж в обществе и открывало путь к свободному творчеству.
Питер Пауэл Рубенс. Автопортрет с Изабеллой Брант. 1609-1610 гг. Старая Пинототека, Мюнхен

В заказах не было недостатка, число поклонников его таланта постоянно росло. Его заказчиками были французская королева Мария Медичи, принцесса Нидерландов Изабелла, генуэзские купцы…
Питер Пауэл Рубенс. Мария Медичи королева Франции.

Питер Пауэл Рубенс. Портрет камеристки инфанты Изабеллы.

Рубенс никогда не замыкался в рамках какого-то одного жанра живописи. Он написал многочисленные картины-аллегории. В аллегорической картине «Союз Земли и Воды» он прославляет союз двух природных стихий, без которых невозможна жизнь человека.
Эта картина заключала в себе глубокий смысл, связанный с надеждой Рубенса на скорейшее процветание родины. После раздела Нидерландов Фландрия потеряла выход к морю и, следовательно, лишилась выгодных торговых морских путей. Союз двух природных стихий Земли и Воды – это надежда на установление мира, мечта художника о союзе Фландрии с морем.
Питер Пауэл Рубенс. Союз Земли и Воды. 1618 г. Эрмитаж, Санкт-Питербург.

Античная мифология всегда вдохновляла Рубенса, в ней он анходил радость жизни, единение человека с природой, яркие мужественные образы. Вакханки и нимфы, сатиры и пастушки. Живущие в мире страстей и желаний, становятся главным объектом изображения. В «вакханалиях жизни» Рубенс передает свое восхищение человеческой красотой, умеющей и в мире стихийных чувств сохранить свою глубокую чистоту и праздничное мироощущение.
Питер Пауэл Рубенс. Три грации.

Питер Пауэл Рубенс. Суд Париса. 1638 г. Прадо.

Женитьба Рубенса в 1630 на шестнадцатилетней Елене Фаурмент стала новым этапом его жизни, исполненным безмятежного семейного счастья Мастерство позднего Рубенса с блеском проявляется в сравнительно небольших, собственноручно исполненных произведениях. Образ молодой жены становится лейтмотивом его творчества. Идеал белокурой красавицы с пышным чувственным телом и красивым разрезом больших блестящих глаз сложился в произведениях мастера задолго до того, как Елена вошла в его жизнь, превратившись, наконец, в зримое воплощение этого идеала.. Многочисленны портреты Елены в свадебном наряде, с детьми, со старшим сыном Францем, на прогулке с мужем в саду.
Питер Пауэл Рубенс. «Портрет Елены Фаурмент с детьми». Около 1636, Лувр

Питер Пауэл Рубенс. «Портрет Елены Фаурмент с сыном Френсисом».

Художник создает редкий по откровенности личного чувства и пленительности живописи образ обнаженной Елены с накинутой на плечи бархатной, отороченной мехом шубкой
Питер Пауэл Рубенс «Шубка», ок. 1630-40, Музей истории искусств, Вена.

Рубенс. «Пейзаж с радугой». 1636. Старая пинакотека, Мюнхен.
Пейзажи позднего Рубенса воспроизводят эпический образ природы Фландрии с ее просторами, далями, дорогами и населяющими ее людьми.
В поздний период творчества (1632—1640) Рубенс посвящает много времени пейзажу («Пейзаж с радугой»), где удивительно тонко проявляется его поэтическое видение природы.

Рубенс был не только художником, он был блестяще образованным человеком. Разносторонний ученый, дипломат, ведший переговоры с монархами Испании и Англии, полиглот, знавший семь языков. Переписывающийся с выдающимися людьми Европы, архитектор, построивший свой великолепный дом с парком в Антверпене, он снискал себе заслуженную славу при жизни. В 1630 г. после удачной дипломатической миссии английский король Карл I пожаловал художника в рыцари, подарил ему шпагу, шнур с королевской шляпы и кольцо, усыпанное бриллиантами…
В 1640 году художник умер. Из его роскошного дома в Антверпене навсегда уносили на черной бархатной подушечке маленькую золотую корону – почетный титул «короля живописи»

ВАН ДЕЙК Антонис (22 марта 1599, Антверпен — 9 декабря 1641, Лондон), фламандский живописец. Работал также в Италии и Англии. Ученик П. П. Рубенса. Виртуозные по живописи, сдержанные по колориту парадные аристократические и интимные портреты («Карл I на охоте»,
портрет Г. Бентивольо,) замечательны тонким психологизмом и благородной одухотворенностью; религиозные и мифологические композиции в духе барокко.
В многочисленных автопортретах Ван Дейк создает романтизированный образ художника — баловня судьбы.
Антонис Ван Дейк. Автопортрет. 1620-е гг. Эрмитаж. Санкт-Петербург

В 1632 по приглашению короля Карла I Ван Дейк уезжает в Англию, становится «главным живописцем на службе их величеств», получает дворянский титул и золотую цепь рыцаря. Оригинальностью замысла отличается портрет Карла I (ок. 1635, Лувр): принципы парадного изображения выявлены здесь как бы смягченно, в более интимном истолковании, король изображен на фоне пейзажа в изящно-небрежной позе, позади слуга держит породистого коня. Однако в целом парадный портрет английского периода приобретает черты холодной представительности, внешней декоративности, в нем появляются символические и аллегорические аксессуары.
Антонис Ван Дейк. Портрет короля Карла I Стюарта. Около 1635. Лувр. Париж.

Ван Дейк. Конный портрет Карла I

В 1621-27 Ван Дейк посетил Италию. Пребывание его в Генуе, Риме, Венеции, Милане, Палермо сопровождалось активным изучением итальянской живописи, особенно Тициана, и стало триумфальным этапом в развитии его портретного искусства. Внешняя представительность сочетается с внутренней одухотворенностью в портрете ученого и дипломата кардинала Гвидо Бентивольо (ок. 1623-24, галерея Питти, Флоренция).
Антонис Ван Дейк. Кардинал Бентивольо. Около 1623. Галерея Питти во Флоренции.

Якоб Йорданс. Сатир у крестьянина. 1620 год. Королевский музей изящных искусств. Брюссель.
Творчество Якоба Йорданса (1593-1678) развивалось на народной основе. К теме «Сатир в гостях у крестьянина» на сюжет басни Эзопа художник обращался неоднократно, добиваясь пластической осязательности в передаче тел, посуды, мебели.

Якоб Йорданс. «Бобовый король». Около 1638. Эрмитаж, Санкт-Петербург.
«Бобовый король» - другой любимый мотив в творчестве Йорданса. Семейный праздник ( в «короли» выбирают того, кому достанется боб, запеченный в пирог) превращается в вакханалию обжорства, когда почти ощущаются запахи кухни, слышится громкий хохот, торжествует плоть. Йорданс мифологизирует бытовую сцену, придавая ей монументальность.

Якоб Йорданс. «Бобовый король». Около 1638. Эрмитаж, Санкт-Петербург.

Франс Снейдерс. «Лавка с дичью». 1609. Эрмитаж, Санкт-Петербург.
СНЕЙДЕРС Франс (1579-1657), фламандский живописец. Сотрудничал с
П. П. Рубенсом. Монументальные, декоративно-красочные натюрморты и анималистические картины (серия «Лавки»), проникнутые ощущением изобилия и богатства природы.

Франс Снейдерс. Натюрморт с лебедем

Джованни Тьеполо. «Пир Клеопатры». 1743-1744, Национальный музей Виктории, Мельбурн.
Представленные в венецианских костюмах 16 в. центральные персонажи дополняют эту картину традиционного венецианского празднества, уподобляясь находящимся на подиуме актерам, привнося в действие атмосферу театральной травестии. Современников Тьеполо восхищало его умение создавать грандиозные фресковые ансамбли, как любая барочная роспись, вовлекающие в действие зрителей.