Иуда Искариот

Родился в Орле 9 (21) августа 1871 года
Учеба в Петербурге, затем в Москве на юридическом факультете в университете
Первый рассказ о голодном студенте «В холоде и золоте» - 1892
Не принял революцию в октябре 1917 года
Вынужденная эмиграция в Финляндию
Скончался 9 декабря 1919 года от болезни сердца

Рассказ «Иуда Искариот» - 1907 год
В повествовании два полюса: Христос – добро, Искариот – зло.

На первый план автор выводит фигуру Иуды. Именно этот герой, сложный, противоречивый и страшный, и его поступок привлекли внимание писателя и подтолкнули к созданию своей версии событий 30-х годов начала нашей эры и к новому пониманию категорий «добро и зло».

Взяв за основу евангельскую легенду о предательстве Иуды, Андреев переосмысливает ее сюжет и наполняет новым содержанием.
Пропустив евангельские события через призму своего сознания, писатель заставляет и читателя пережить открытую им трагедию предательства и возмутиться ею.

Библейское повествование отличается от андреевского только художественной формой: Центральным персонажем легенды является Иисус Христос. Все четыре Евангелия повествуют именно о его жизни, проповеднической деятельности, смерти и чудесном воскресении, а проповеди Христа передаются посредством прямой речи. У Андреева Иисус довольно пассивен, его слова передаются в основном как косвенная речь. Во всех четырех Евангелиях сам момент предательства Христа Иудой является эпизодическим. Нигде не описывается внешность Искариота, его мысли и чувства, как до предательства, так и после.

Наиболее полная информация об Искариоте содержится в Евангелии от Матфея. Именно в нем рассказывается о сумме (тридцать серебреников), которую первосвященники предложили ему за Иисуса Христа; о возврате этих денег Иудой после предательства; о раскаянии Иуды и о его самоубийстве. Но Матфей не объясняет ни причин, толкнувших Иуду на предательство, ни его внутреннего состояния

Андреев значительно расширяет рамки повествования и уже с первых страниц рассказа вводит описание внешности Иуды:
«Пришел он, низко кланяясь, выгибая спину, осторожно вытягивая вперед свою безобразную бугроватую голову… Он был худощав, хорошего роста, почти такого же, как Иисус…; и достаточно крепок силою был он, по-видимому, но зачем-то притворялся хилым и болезненным и голос имел переменчивый, то мужественный и сильный, то крикливый, как у старой женщины, … досадно жидкий и неприятный для слуха… Короткие рыжие волосы не скрывали странной и необыкновенной формы его черепа: точно разрубленной с затылка двойным ударом меча и снова составленным, он явственно делился на четыре части и внушал недоверие, даже тревогу.…

Двоилось также и лицо Иуды: одна сторона его, с черным, остро высматривающим глазом, была живая, подвижная охотно собиравшаяся в многочисленные кривые морщинки. На другой же не было морщин, и была она мертвенно-гладкая, плоская и застывшая; и хотя по величине она равнялась первой, но казалась огромною от широко открытого слепого глаза»

И уже первые строки повествования помогают читателю представить Иуду, как носителя темного, злого и греховного начала: «Иисуса Христа много раз предупреждали, что Иуда из Кариота – человек очень дурной славы и его нужно остерегаться.

И у воров есть друзья, и у грабителей есть товарищи, и у лжецов есть жены, которым говорят они правду, а Иуда смеется над ворами, как и над честными, хотя сам крадет искусно и видом своим безобразнее всех жителей в Иудее. Нет, не наш он, этот рыжий Иуда из Кариота

у Л.Андреева Иуда – не символ, а живой человек. В нем переплелось множество страстей и чувств. Несомненно, что любит он Христа искренне и сильно. Но Иуда обижен им и не может примириться с тем, что не он, а Иоанн является любимым учеником Иисуса.

Андреевский Иуда не ради денег (как в одной из Евангелий) совершает свое преступление. Им движет обиженная любовь. И странным образом рассказ Андреева, которого многие церковные критики обвиняли в кощунстве и безнравственности, наводит на глубоко нравственную мысль: любовь не должна быть обиженной, она должна быть благородной.

Искариот вносит в жизнь зло и вероломство, глумливую насмешку и притворство. Его предательство – это и стремление подтвердить свое злорадное предположение о недостаточной любви тех, кто клялся в этой любви и кого ненавидел Иуда. Именно то что в отношении Иуды к остальным ученикам и всем людям вообще всегда брало верх злое начало, и пробуждало в Иисусе некоторую холодность к нему.
Леонардо да Винчи «Тайная вечеря»

Иуде недостаточно этой любви: противопоставляя себя ученикам в искренности своей любви и преданности Иисусу, он жаждет его признания своих достоинств, и возвышения над другими учениками. Этот момент прослеживается и в Евангелиях: на тайной вечере, когда Иисус сказал, что один из сидящих здесь предаст его, ученики стали вопрошать: «Не я ли, Господи?», и лишь один Иуда спросил: «Не я ли, Равви?» - тем самым показав, что видит в Иисусе лишь учителя, но не Господа. В момент предательства Иуда осознано избирает целование как знак для врагов Иисуса, поскольку в обществе раввинов поцелуй служил высшей похвалой и давался учителем ученику. Но ученики не смели целовать учителя. Так всякий раз подчеркивает свое равенство с Христом.

Искариот – олицетворение зла и в некотором смысле пособник дьявола. Это не вызывает сомнений. Став орудием темных сил, он окончательно утвердился в своей вере в бессилие добра и праве «жертвенного порыва» ради светлого будущего, готовности пойти на все ради достижения поставленной цели.
Фрагмент картины Джотто

Гибель Иисуса он осознает как свою победу. Но что же это за победа? Неужели его бунт перед синедрионом способен нравственно хоть немного возвысить его? Такая деталь – «бросил он тридцать серебреников в лицо тем, кому он предал Иисуса» - не может даже поколебать традиционный смысл, заключенный в этом крылатом словосочетании: «Тридцать серебреников».

Сомнительным является добро и других учеников Христа, в частности и особо приближенных к нему – Иоанна, Петра, Матфея и других. Находясь при еще живом Иисусе и будучи в полном рассвете лет, они уже спорят о том, кто из них «будет первым возле Христа в его небесном царствии»

Петр же, по существу, еще и клятвопреступник. Он клялся в том, что никогда не оставит Иисуса, но в минуту опасности трижды отрекается от него. И его отречение, и бегство других учеников – тоже своего рода предательство. Их трусость – грех, не меньше Иудиного.

Есть еще одна фигура в рассказе, отнести которую к силам добра и света очень трудно. Это – прокуратор Понтий Пилат. Именно ему на суд был отдан Иисус, он проводил последний допрос. В рассказе нет описания этой беседы в отличие от Евангелий. В остальном, образ Пилата и его действия полностью совпадают с библейским.

После разговора с Иисусом, он, выйдя к толпе и «презрительно оттянув губы вниз, к круглому бритому подбородку», «бросает в толпу сухие, короткие слова…». Пилат заявляет, что не «нашел человека этого виновным…»

Но озверевшая толпа требует жертвы и выбирает этой жертвой Иисуса. Что же делает Пилат? Пилат «моет руки – зачем-то моет свои белые, чистые, украшенными перстнями руки» и кричит, что «неповинен… в крови праведника этого». Римлянин так и не сказал «своего решающего слова». И это – тоже предательство. Пассивность прокуратора Понтия Пилата не менее страшна, чем поступок Иуды Искариота.

«Кто из вас, — обращается Искариот к апостолам, — пойдет со мною к Иисусу? Вы боитесь! Вы говорите, что на то была Его воля? Вы объясняете свое малодушие тем, что Он велел вам нести по земле Свое слово? Но кто поверит Его слову в ваших трусливых и неверных устах?»
Иуда «поднимается на гору и затягивает петлю на шее своей у всего мира на виду, довершая задуманное. По всему свету разлетается весть об Иуде-предателе. Не быстрее и не тише, но вместе со временем продолжает лететь эта весть…