Этапы художественного творчества в фильме Тима Бёртона Эдвард Рукиножницы

Можно ли назвать Тима Бёртона аутичным? Официальный диагноз ему, насколько мы знаем, никогда не ставился, а судить о таких тонких материях по замечаниям в интервью и непрофессиональным наблюдениям лично знающих режиссёра людей попросту некорректно. Но мы не удивимся, если режиссёр когда-нибудь объявит, что да, у его психики есть аутичный уклон.
Почему? Потому что его описания своего детства в калифорнийском Бербанке (городе, где находятся штаб-квартиры многих голливудских гигантов) очень похожи на то, как обычно описывают своё детство аутичные люди. Хотя у Тима не было объективных причин считаться изгоем, он совершенно не вписывался в окружающий его мир. Он ненавидел традиционную пригородную жизнь, не был близок с родителями, не имел друзей и находил Бербанк таким же странным и непонятным, каким самого Тима считали знающие его люди. Более всего его ставили в тупик социальные условности вроде празднования Рождества без подлинного рождественского настроения, когда светлый праздник сводится к соревнованию, кто пышнее украсит свой дом.
Подобно многим детям с аналогичными проблемами, Тим спасался от окружающего «безумия» в мире фантазий. Он обожал фантастическое кино и постоянно рисовал, придумывая собственных причудливых существ. Одним из них был созданный Бёртоном в старших классах человек с ножницами вместо рук.
ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИДЕИ, ЗАМЫСЛА

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИДЕИ, ЗАМЫСЛА

«Как ни странно, идея возникла из рисунка, сделанного мною давным-давно. То был всего лишь образ, который мне нравился. Он возник подсознательно и был связан с персонажем, который хочет прикасаться к предметам, но не может, он несёт в себе одновременно созидательное и разрушительное начало — само воплощение противоречия. Всё это в огромной степени связано с чувством. Этот образ нашёл свое выражение и, так сказать, вышел на поверхность в подростковом возрасте. Подобное ощущение характерно именно для тинейджеров и связано с проблемой общения. Я, например, чувствовал, что просто не в состоянии общаться с людьми. Словно твой образ и восприятие тебя другими людьми противоречат твоей внутренней сути — это случается достаточно часто. Думаю, что многие в той или иной степени испытывают подобные чувства: разочарование и грусть, когда твои эмоции не находят выхода. Итак, общей идеей был некий образ и его восприятие.»
Интервью: Беседы Тима Бёртона с Марком Солсбери
ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИДЕИ, ЗАМЫСЛА

«Помню ощущение своего детства: насколько же ограничено пространство для признания! В очень раннем возрасте вас учат: нужно подчиняться определённым правилам. По крайней мере для Америки характерна ситуация, с которой приходится сталкиваться с первого школьного дня: этот ученик способный, а тот — не очень, один — хороший спортсмен, другой — нет, один странный, другой нормальный. С самого начала ребёнка относят к той или иной категории. Именно это дало сильнейший импульс к созданию фильма. Помню, сижу в школе и слышу, как учитель говорит: дескать, вот этот парнишка глуп. На самом же деле он вовсе не глуп, а наоборот — гораздо умнее и задорнее многих других, просто он не соответствует представлениям этого учителя о хорошем ученике. Так что, мне кажется, этот фильм — своего рода протест против подобной категоризации.»
Интервью: Беседы Тима Бёртона с Марком Солсбери
ВОЗНИКНОВЕНИЕ ИДЕИ, ЗАМЫСЛА

Многие люди с аутичными отклонениями психики не любят обниматься и даже просто прикасаться к другим людям, и руки-ножницы были вполне прозрачной метафорой этого ощущения. Ведь если человеку кажется, что чужие жесты расположения причиняют ему боль, то ему представляется, что его собственные прикосновения тоже болезненны для других, как будто у него вместо рук ножи или ножницы. Кроме того, руки-ножницы – это ещё и метафора неуклюжести, типичной для аутистов. Да и для многих «обычных» людей в школьные годы. Наконец, Тима Бёртона почему-то всегда завораживали ножницы и их способность разрезать и разделять вещи.
В то время для Тима это была лишь неясная фантазия, отражающая переживания, в которых он сам толком не мог разобраться. Но он не забыл об этом рисунке, когда вырос, прошел диснеевскую анимационную школу и стал сперва аниматором, затем режиссёром-аниматором, а после этого – постановщиком художественных лент.
ВЫНАШИВАНИЕ ЗАМЫСЛА

При всей своей художественной и постановочной одарённости Бёртон никогда не был способным писателем. Поэтому даже для реализации такого глубоко личного проекта, как «Эдвард руки-ножницы», режиссёру потребовался соавтор, способный превратить его идеи в сценарные реплики и ремарки.
Перебирая потенциальных соавторов, Бёртон остановится на Кэролайн Томпсон, бывшей рецензентке книг, которая в 1983 году опубликовала свой дебютный фантастический роман «Первородный» – дневник замужней женщины, которую преследует её превратившийся в монстра зародыш (когда героиня была студенткой, она сделала аборт, и её плод был продан для загадочных экспериментов).
Как позднее рассказывала Томпсон, она взяла за основу рисунок Бёртона и короткие пояснения режиссёра и сама придумала всё остальное, от сюжета до реплик. Но когда смотришь картину с комментариями постановщика, быстро становится ясно, что Бёртон придумал не только заглавного героя, но и многих других персонажей, основанных на людях, которых Тим знал мальчишкой.
Хотя Бёртон настаивал, что Эдвард не является его сказочным автопортретом, он утвердил грим, который сделал Деппа довольно-таки похожим на Бёртона. У Эдварда также была непослушная копна чёрных волос на голове, похожая на гнездо из чёрной проволоки, и его основной наряд был исключительно чёрным, как костюмы режиссёра. Депп, впрочем, в своей игре вдохновлялся не столько наблюдениями за Бёртоном, сколько комедиями Чарли Чаплина. Поскольку Эдвард был неразговорчив, актёр учился выражать эмоции немыми взглядами.
РЕАЛИЗАЦИЯ ЗАМЫСЛА

Эдварда, которого сыграл Депп, находят живущим в одиночестве на чердаке готического замка — его декорации стали жилищем многих бёртоновских персонажей.
Здесь есть ощущение изолированности, какая-то символическая связь с отъединённостью от других людей. Но в то же время это в какой-то мере реакция против дома в пригороде, где ты вырос и прожил целую жизнь, а теперь начинаешь выдумывать всякие разности, чтобы как-то противостоять этой рутине, — всегдашнее стремление вверх, вне, прочь из этого мира, туда, где не всё так стерильно бело, как в коробке из-под обуви.
РЕАЛИЗАЦИЯ ЗАМЫСЛА

ПОЯВЛЕНИЕ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ОБРАЗА, ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ ОЦЕНКА ПОЛУЧЕННОГО РЕЗУЛЬТАТА И ЕГО ДОРАБОТКА
Эдвард кажется пришельцем из иного мира, поклонники фильма понимают, что он – трогательный неуклюжий подросток с потрясающим художественным даром и большим сердцем. И зрители помнят и цитируют слова Ким и Эдварда «Обними меня. – Не могу», потому что хотят, чтобы и в их жизни были люди, готовые примириться со всеми их недостатками и любить их такими, какие они есть.