Евгений Иванович Замятин

Цели и задачи:
Познакомить с творчеством Е. Замятина, основными этапами его жизненного пути и содержанием романа «Мы»

Родился 1 февраля 1884 года
в г. Лебедянь (ныне Липецкая область)

Семья
Отец - Иван Дмитриевич, священник
церкви Покрова в г. Лебедянь
Мать - Мария Александровна
(Платонова)

Воспоминания детства
"Вы увидите очень одинокого, без сверстников, ребенка на диване, животом вниз, над книгой - или под роялью, а на рояле мать играет Шопена - и уездное - окна с геранями, посреди улицы поосенок привязан к колышку и трепыхаются куры в пыли. Если хотите географии - вот она: Лебедянь, самая
разрусская-тамбовская,
о которой писали
Толстой и Тургенев..."

Музей Е.И.Замятина в Лебедяни
"Хочешь понять поэта, отправляйся на его родину" (Гёте). Понимание творчества Е.И.Замятина без погружения в стихию его отчего края, Лебедяни, будет неполным. Лебедянь хранит память о выдающемся русском писателе. Многочисленные материалы и экспонаты Лебедянского краеведческого музея рассказывают о жизни Замятина.

Здесь представлены фотографии и письма, пианино, стоявшее в доме Замятиных (от рояля, упоминаемого писателем в воспоминаниях о детстве, сохранилась лишь крышка). Повторяющейся деталью романа "Мы" является статуэтка Будды. На полке музейного стеллажа - несколько статуэток. Первое упоминание города в документах дом Замятиных, зафиксировано в 1613 г., но статуэтки и ряд других экспонатов говорят о более раннем его происхождении.

В музее воссоздается старая Лебедянь, присутствующая в творчестве Замятина, приведены сведения о людях, ставших прообразами героев произведений писателя.
Дом Замятиных уцелел, но требует капитального ремонта, сохранились и некоторые надворные постройки. А вот сада, некогда раскинувшегося по крутому склону до самого Дона, уже нет...
Лебедянская гимназия
Дом Замятиных
Замятин –
гимназист.

«…А тут — Русь…»
Лебедянь. Большая Дворянская улица. Старо-Казанский собор со стороны реки Дон
«Не петровским аршином отмеренные проспекты — нет - то Петербург, Россия. А тут — Русь, узкие улички — вверх да вниз, чтоб было где зимой ребятам с гиком кататься на ледянках, — переулки, тупики, палисадники, заборы, заборы…» (Замятин Е.И. «Русь»).
Таким увидел провинциальное захолустье в начале века Евгений Замятин, посвятивший Тамбовщине великолепный триптих своих повестей: «Уездное»; «Алатырь»; «На куличках».

«Уездное»
Повесть «Уездное» написана в 1913 г. по личным наблюдениям тамбовского дореволюционного захолустья. Повесть высоко оценена А. М. Горьким: «…не написал ничего лучше «Уездного», а этот «Городок Окуров» — вещь, написанная по-русски, с тоскою, с криком, с подавляющим преобладанием содержания над формой». Барыба — главное действующее лицо, путем всевозможных мелких и больших подлостей обеспечивает себе необходимое животное существование — кров, еда, одежда. «Уездное» принесло известность Замятину. Многочисленная восторженная критика встретила его как восходящую новую звезду на литературном небосклоне.

«Алатырь»
Повесть «Алатырь» написана под впечатлением от визита к нему Лебедянского почтового чиновника, который оказался его «собратом по перу» — чиновник писал стихи. В повести же этот провинциальный поэт — юный, легкоранимый и беззащитный мальчик, влюбленный в спелую девицу, засидевшуюся в родительском доме. С приездом в город нового лица — молодого князя — разворачиваются захватывающие события между незамужними претендентками на любовь князя. Герои повести не лишены высоких чувств, но все их устремления заканчиваются конфузом. Каждый из них вызывает жалость и сострадание. Отношение Замятина к своим персонажам можно определить как «любовь-ненависть».

«Нa куличках»
Повесть «Нa куличках» перекликается с «Поединком» А. И. Куприна. Действие происходит «у черта на куличках» — на Дальнем Востоке, у берегов Тихого океана, куда попадает служить тамбовчанин, офицер Андрей Иванович. Высокая любовь и высокая трагедия в жизни этого человека обрываются пьяной пляской под крики: «Ай да наш!» служивших там офицеров-обывателей. Язык повести необычен и сложен, как и язык всех других произведений Замятина. Но по прочтении от них остается сильное и неизгладимое впечатление.

«Цветы - это красота. Ее не съешь, не выпьешь - только глаз порадуется, насладится жизнью…»
В Троекуровом монастыре, куда родители в детстве возили Замятина, у каждой монашки был свой домик и палисадник с садом. Герой рассказа "Землемер" как раз пьет там чай с топленым молоком. Вокруг - сливы, яблони. И монашки соревновались друг с другом: у кого красивее палисадник. Это высочайшая культура не только земледелия и агротехники, а духа, потому что цветы - это красота. Ее не съешь, не выпьешь - только глаз порадуется, насладится жизнью.

Почему Россия такая?
Замятин всегда искал ответ на этот вопрос
Почему так, а не иначе сложилось психологически-историческое ядро русского характера? И он пытался заглянуть в прошлое, написав "Атиллу", чтобы найти ответ там. И Атилла у него русский, никакой не скиф. Он увидел эту богатырскую натуру, не умеющую лгать, презирающую римскую тлетворную культуру, которая стоит на лести, на обмане.
Эта тема лесной, свободной волчьей крови идет и через всю повесть "Бич Божий" и через пьесу "Атилла..

Образование
1893 – 1896 – Лебедянская прогимназия
«…в первый раз я облачился в длинные – «на улицу» - брюки, в форменную куртку, за спиною ранец: я в первый раз иду в гимназию…
Я – горд. Я – большой…»

Образование
1896 – 1902 - Воронежская гимназия,
которую окончил с золотой медалью
«Дальше – серая, как гимназическое сукно, гимназия… Много одиночества, много книг, очень рано – Достоевский. До сих пор помню дрожь и пылающие свои щёки – от «Неточки Незвановой». Достоевский долго оставался – старший и страшный даже: другом был Гоголь
(и гораздо позже – Анатоль Франс)».

Образование
1902-1908 - кораблестроительный факультет Петербургского политехникума
«В гимназии я получал пятёрки с плюсом за сочинения и не всегда ладил с математикой. Должно быть, именно поэтому (из-за упрямства) я выбрал самое что ни на есть математическое: кораблестроительный факультет Петербургского политехникума».
«Я – студент –политехник косовороточной категории».

Петербург начала 1900-х годов
«В зимнее белое воскресенье на Невском – черно от медленных, чего-то выжидающих толп. Дирижирует Невским – Думская каланча, с дирижёра все не спускают глаз. И когда подан знак – один удар, час дня – на проспекте во все стороны чёрные человеческие брызги, куски марсельезы, красных знамён, казаки, дворники, городовые… Первая (для меня) демонстрация – 1903 год.»

1905
Замятин становится большевиком
и влияет на жизнь студенческой
молодёжи.
«В те годы быть большевиком – значит идти по линии наибольшего сопротивления; и я был тогда большевиком. Была осень 1905 года…»
За революционную деятельность будущий писатель был арестован и провел «несколько месяцев в одиночке на Шпалерной», а затем был выслан из Петербурга в родной город под надзор полиции.

В среде революционной студенческой молодежи он встречает свою будущую жену — Людмилу Николаевну Усову (1883—1965). Летом 1905 года при возвращении из поездки в Египет через Одессу был свидетелем восстания на броненосце «Князь Потёмкин Таврический». В 1906 Замятина арестовывают и высылают назад в Лебедянь. В этом же году он нелегально возвращается в Петербург заканчивает институт.

1908 - 1916
1906 – 1911 – жизнь в Петербурге на нелегальном положении;
Кафедра корабельной архитектуры;
1911 – преподаёт в институте;
Поездки по России: Волга, Астрахань, Кама, Донецкий район, Каспийское море, Архангельск, Мурманск, Кавказ, Крым.
Весной 1916 года инженер Замятин был откомандирован в Англию, где он наблюдает за строительством ледоколов для России. «Здесь – сперва железо, машины, чертежи… строил ледоколы в Глазго, Нью-Кастле, Сэндэрланде, Саус-Шилдсе…»
Вернувшись, Евгений Иванович организовывает группу молодых писателей «Серапионовы братья». Членами этой группы были Михаил Зощенко, Константин Федин, Всеволод Иванов, Вениамин Каверин, и др.

«Когда я встречаюсь сейчас с людьми, которые читали этот рассказ, мне так же неловко, как при встречах с одной моей тетушкой, у которой я, двухлетний, однажды публично промочил платье».
Вскоре состоялся литературный дебют Замятина: осенью 1908 года в журнале «Образование» был напечатан его первый рассказ, который, однако, не принес ему успеха.

«Когда в газетах запестрили жирные буквы: «Revolution in Russia» … в Англии стало невмочь, и в сентябре 1917 года, на стареньком английском пароходишке (не жалко, если потопят немцы) я вернулся в Россию. Шли до Беренга долго, часов пятьдесят, с потушенными огнями, в спасательных поясах, шлюпки наготове».
«Весёлая, жуткая зима 17-18 года, когда всё сдвинулось, поплыло куда-то в неизвестность. Корабли-дома, выстрелы, обыски, ночные дежурства, домовые клубы. Позже – бестрамвайные улицы, длинные вереницы людей с мешками, десятки вёрст в день, буржуйка, селёдки, смолотый на кофейной мельнице овёс…»

1917 - 1931
чтение курса новейшей русской литературы в Педагогическом институте имени Герцена;
курс техники художественной прозы в Студии Дома искусств;
работа в Редакционной коллегии «Всемирной литературы»;
в Правлении Всероссийского союза писателей, в Комитете Дома Литераторов,
в Секции Исторических картин ПТО;
Работа в издательстве;
редактирование журналов

«МЫ»

«Мы» — роман-антиутопия с элементами сатиры (1920). В романе изображено совершенное Государство, возглавляемое неким Благодетелем, своего рода патриархом, наделенным неограниченной властью. В этом государстве прозрачных стен, розовых талонов на любовь, механической музыки и «оседланной стихии» поэзии, в этом обществе «разумной механистичности» и «математически совершенной жизни» обезличенный человек — не более чем винтик в образцово отлаженном механизме. Здесь нет имен, а есть номера, здесь порядок и предписание превыше всего, а отступление от общепринятых правил и санкционированного образа мысли грозит нарушителю Машиной Благодетеля (что-то вроде модернизированной гильотины).
Революционные власти восприняли это произведение Замятина как злобную карикатуру на коммунистическое общество будущего. Роман был сразу же опубликован на чешском, английском и французском языках, но в России он вышел только в 1988 году. Замятин блестяще соединил русскую и европейскую традиции, использовав идеи Ф.Достоевского (о Благодетеле) и Г.Уэллса
(о будущем мире машин, где человеческое
начало отводится на второй план).

Виктор Шкловский
20-е годы
о романе «Мы»
«Роман этот представляет из себя социальную утопию… фамилии людей заменены номерами: чётные у мужчин, нечётные у женщин… Мир этот у Замятина… мир плохой и скучный. Кажется мне всё же, что это замятинский потолок. Очень уж беспомощен автор… Несмотря на присутствие в «Мы» ряда удачных деталей, вся вещь совершенно неудачна…»

«МЫ»
Роман «МЫ» - «величайший фантастический роман всех времён».
Урсула Ле Гуин

«МЫ»

1931 - 1937
В 1929г. были сняты с репертуара МХАТа пьеса Замятина «Блоха» (1925г.), запрещена постановка его трагедии «Атилла» (1928г.). В 1931г., понимая бесперспективность своего дальнейшего существования в СССР, Замятин обратился к Сталину с письмом, в котором просил разрешения на отъезд за границу, мотивируя свою просьбу тем, что для него «как для писателя именно смертным приговором является лишение возможности писать». Решение об эмиграции нелегко далось Замятину. Благодаря ходатайству М.Горького в 1932 Замятин смог выехать во Францию. Он живет в Париже, где продолжает работать над новыми произведениями — рассказы, киносценарии (снятый по сценарию Замятина фильм «На дне» (по пьесе Горького) был признан лучшим фильмом 1936 года).

«Я боюсь, что настоящей литературы
у нас не будет, пока мы не излечимся от
какого-то нового катаклизма, который не меньше старого опасается всякого еретического слова. А если неизлечима эта болезнь - я боюсь, что у русской литературы одно
только будущее: ее прошлое». «Я боюсь», очерк, 1921

Умер Е.И. Замятин 10 марта 1937 года в Париже от тяжелой болезни. Был похоронен в предместье Парижа Тие на кладбище для бедных русских эмигрантов.

Награды и звания
1989 – номинация на премию «Прометей» (США) в категории «Зал славы» за роман «Мы»
1990 – номинация на премию «Прометей» (США) в категории «Зал славы» за роман «Мы»
1991 – номинация на премию «Прометей» (США) в категории «Зал славы» за роман «Мы»
1994 – премия «Прометей» (США) в категории «Зал славы» за роман «Мы»

Рассказы
1908 – Один
1911 – Девушка
1912 – Апрель
1913 – Непутевый
1913 – Три дня
1914 – Студенческий сынок
1914 – Правда истинная
1916 – О святом грехе Зеницы-девы
1916 – Мученица науки
1916 – Африка
1918 – Дракон
1917 – Глаза
1918 – Ловец человеков
1918 – Землемер
1918 – Знамение
1918 – Сподручница грешных
1918 – Надежное место (В Задонск на богомолье)
1918 – Колумб
1919 – Икс
1920 – Детская
1920 – Мамай
1920 – Пещера
1920 – О том, как исцелен был инок Еразм
1920 – О блаженном старце Павле Нересте…
1921 – Послание Замутия, епископа обезьянского
1922 – Слово предоставляется товарищу Чурыгину
1923 – Русь
1923 – Кряжи
1923 – Куны
1924 – Видение
1924 – Буриме
1924 – О чуде, происшедшем в Пепельную Среду
1924 – О сегодняшнем и о современном
1925 – Десятиминутная драма 1926 – Мученики науки
1928 – Пла
1928 – Ёла
1929 – Наводнение
1934 – Часы
1935 – Лев
1935 – Встреча

Повести
1912 – Уездное
1913 – На куличках
1914 – Алатырь
1917 – Островитяне
1918 – Север

Романы
1920 – МЫ
1935 – Бич Божий (незавершен)

Сборники
1915 – Уездное
1922 – Большим детям сказки
1922 – О том, как исцелен был отрок Эразм
1922 – Рассказы
1923 – Огни святого Доминика

Пьесы
1921 – Огни святого Доминика
1921 – Епископ обезьянский
1925 – Блоха
1925 – Общество Почетных Звонарей (на основе повести «Островитяне»)
1928 – Атилла
1929 – Африканский гость
1931 – Рождение Ивана

Сказки
1915 – Дрянь-мальчишка
1916 – Картинки
1916 – Петр Петрович
1916 – Бог
1916 – Дьячек
1917 – Первая сказка про Фиту
1917 – Вторая сказка про Фиту
1917 – Третья сказка про Фиту
1917 – Последняя сказка про Фиту
1917 – Халдей
1917 – Херувимы
1917 – Хряпало
1917 – Четверг
1918 – Ангел Дормидон
1918 – Иваны
1918 – Огненное А
1918 – Электричество
1920 – Бяка и Кака
1920 – Арапы
1922 – Церковь Божия