Он – сын твой, Россия

( о жизни и творчестве поэта-костромича,
не вернувшегося с войны)
Он – сын твой,
Россия

Мы были высоки, русоволосы.
Вы в книгах прочитаете как миф
О людях, что ушли не долюбив,
Не докурив последней папиросы
Николай Майоров

Введение
На запрос сведений о Юрии Фёдоровиче Баранове Интернет выдал официальную справку: «1922 г.р., г. Буй, призван 1941г. Ярославским РВК, погиб в июне 1942г., захоронен в Новгородской обл.».
Талантливый мальчик, шагнувший в Великую Отечественную. Поэт и солдат.

Которые на заре или ночью
Неожиданно и неумело
Умирали, не дописав неровных строчек,
Не долюбив,
Не досказав,
Не доделав...
Для нас эта судьба имеет особое звучание еще и потому, что в ней немало сходства с судьбой известных всем Николая Майорова, Павла Когана, Михаила Кульчицкого, Всеволода Багрицкого, и других,

Строка, оборванная пулей
Приятную тяжесть рыбацкой котомки
Я испытал на плечах.
Много бродил берегами Костромки
С удочками в руках.
И пускай под солнцем росинки
Заблестят внезапно вокруг.
Хорошо идти над рекою.
Волны плещут – река зовет.
Рыбаки не знают покою,
Может, завтра снова в поход.
Чтоб у дымных костров рыбалки
Вспоминать про далекий дом...
Ничего не поймал – не жалко,
Все равно поймаю потом.

Фантазия его не знала границ
Работал над поэмой о конголезце,
воображал себя сподвижником
отважного Кука, под влиянием событий
в Испании «проигрывал» поэму «Месть Хасимо», пересказывал накануне написанное о героических полетах
советских летчиков, о поджоге рейхстага.

Хороший парень был Чернышевский.
Он и стихи писал. Я написал оду ему в подражание. Думаю, что неплохо . Писал письменную по литературе «Чем ценен и дорог мне Некрасов?». Я вообще Некрасова не очень люблю (я так и написал), но стихи его уважаю».
Строки из дневника

Посвящение Н.А.Некрасову
Пред твоим всеобъемлющим гением
Меркнут звуки другого певца,
Ты своим замечательным пением
Пробуждал у народов сердца.
И враги твои знали и видели,
Что народ тебя должен любить,
И за это тебя ненавидели
И старались во всём очернить.
Ты всегда был с родною страною
И, Отчизну родную любя,
За нее ты страдал всей душою –
Вот за это люблю я тебя.

Дневник Юры – это своего рода календарь событий того времени.
5 декабря. Сегодня утверждали новую Конституцию…».
6 декабря. Отныне день 1 декабря будет не только в стране траурный. 1-го декабря убит Сергей Миронович Киров. Это будет и моя траурная дата. Число всегда буду обводить траурной рамкой.
4—5 марта – уличные бои в Мадриде.
11 марта – Заявление о сдаче Испанской республики.
14 марта – Передача Болгарских островов Италии, а Канарских Германии.
28 марта – Инцидент на австро-югославской границе.
10 апреля – новый инцидент. Отряд германской охраны вышел на территорию Югославии.
14 апреля – Присоединение Чехословакии к Германии.
15 апреля – мятеж в Праге. Свергнута фашистская власть.
24 апреля – подавление пражского мятежа.
1 мая – Ультиматум Германии Югославии. В СССР приказ Президиума Верховного Совета о частичной амнистии.
3 мая – Инцидент на дальневосточной границе.
4 мая – Речь Гитлера в Праге о войне с Советами.
8 мая – Потопление в Балтийском море советского теплохода.
11 мая – Нота протеста Литвинова в Берлин.

Год 1939
СЕГОДНЯ ОНИ БЕРУТ БАРСЕЛОНУ
Вздымаются к небу проклятья и стоны,
В огне вся страна горит...
Сегодня они берут Барселону,
А завтра возьмут Мадрид.
От дыма пожаров померкло солнце,
Фашисты идут стеной.
Отвага и мужество каталонцев
Под их броневой пятой.
И варвары эти свирепы, как волки,
Пустыней черных пожарищ легли
Поля, виноградники и поселки
Прекрасной испанской земли.
И мнут эту землю фашистов колонны
Что же ты, мир, глядишь?
Сегодня они берут Барселону,
А завтра возьмут Париж.

В Ярославском педагогическом
Студенты ярославского педагогического института ехали на практику по геологии. Пароход с названием «Рабочий» под вымпелом канала «Москва-Волга» доставил их к месту назначения на восходе –«солнце вставало где-то за городом».
Буевлянин Юрий Баранов записал в дневнике:
«И над домами поднимался дым, было прохладно, стукали колеса машины, мерно плескалась вода. На солнце светились главы церквей».

Подражание Надсону
Что лежит позади, то назад не вернуть,
Впереди же лишь темная ночь.
И никто не придет, не укажет нам путь,
Все с дороги сторонятся прочь.
Хорошо мне, друзья, только ночью одной.
Только ночью свобода мечтам.
А кругом тишина, беспредельный покой,
Я с собой остаюсь только сам...

Подражание Брюсову
Вглядись в эти мглистые дали,
В зеленое небо зимы...
Ты помнишь – вон там увидали
Лохматого мамонта мы.
Пришлось нам укрыться с тобою
За грудой омшелых камней,
Когда он прошел к водопою
Тяжелой походкой своей.
Спустился он, льды были талы.
И помнишь, случилась беда:
Под ним разлетелись кристаллы
Трухлявого старого льда.
В холодные волны потока,
Рожденного тающим льдом,
Гигант, провалившись глубоко,
На лед выбирался с трудом...

Стихотворение, написанное под впечатлением от свидания с
Лорой Лебедевой.
Ой, какие светлые дали!
Ой, какой голубой разлив!
Только я сегодня печален1
И поэтому молчалив.
Жизнь, которой мы так гордились,
Не лежит на нашем пути.
Видно, мы не затем родились.
Чтобы счастье своё найти…
Скоро мир, что широк и розов,
Превратится в кромешный ад,
Скоро крылья чужих бомбовозов
Голубое небо затмят.
Озарённые солнцем славы,
Закалённые в дни войны,
Легионы чужой державы
Перейдут рубежи страны.
Где-то первый залп всколыхнётся,
Где-то первый вспыхнет пожар.
Кто-то первый в землю уткнётся,
Кто-то примет первый удар…
Позабудьте сказки и были
И не тешьте себя мечтой, -
Войны все, которые были,
Перед этой будут ничто…

Голубой разлив
Будет враг разбит и рассеян,
Но какой жестокой ценой!
Долго будет плакать Россия,
Вспоминая великий бой.
Все мы, все погибнем в сраженье.
А годов через сорок пять
Наше светлое поколенье
Будут с гордостью вспоминать.
«Не для маршей и не для гимнов
Над кладбищенской травой, -
Мы родились, чтоб жить и гибнуть
С непокорною головой».
Но - прекрасно все понимая,
Но - готовый идти на рать,
В этот солнечный вечер мая
Я совсем не хочу умирать.
Вот поэтому я печален,
Вот поэтому я молчалив.
Ой, какие светлые дали,
Ой, какой голубой разлив!
3 мая 1941 г., г. Буй.

Размышляющий о смысле бытия, Ю.Баранов становится философом, хотя традиция поэзии мысли ему ещё, может быть, далека.
Меня уж нет, но мир широк
Но мир глубок, но мир велик
И средь планет, среди дорог
Где их поток, прошёл лишь миг.
Под ногами клонятся травы
Мы идём выполнять приказ
Ты меня не имеешь права
Забывать в этот грозный час
Потому, что здесь пули свищут
И какая-нибудь из них
Может сердце моё отыщет
И убьет неоконченный стих.

«Во время коротких перерывов, лежа в поле за Клязьмой, я записывал у себя в книжечке приходящие ко мне строчки и строфы, а потом перечитывал сам для себя все, что получилось, - радовался: получалось неплохо».
Чужие ребята, девчата
С достоинством мимо идут...
Он сам был таким когда-то,
Недавно. В прошлом году.
Такие же делал ошибки,
Такие же мыслил дела...
Вдруг девушка с светлой улыбкой
Вниманье его привлекла.
Она не спеша проходила
С приподнятой чуть головой,
И чем-то знакомым и милым
Повеяло вдруг на него.
И сделалось как-то теплее
От глаз ее нежных и щек...
Он где-то встречался с нею,
Но где? Он припомнить не мог.
Ах, да!..
Пионерский лагерь...
Леса... Река Кострома...
На мачтах красные флаги...
Бревенчатые дома...
Забытые разговоры...
Далекие имена...
И девочка с именем Лора!
Так вот какая она!!…

Погибшему поэту-фронтовику веришь безусловно! Искренность рифмованных строк кровью автора доказана…
Небо майское, голубое,
И сосновая песня кругом.
Помню, шли мы вдоль рельс с тобою,
Говорили, не знаю о чем.
Было все таким беспечальным,
Был в тот вечер я так счастлив.
За поляной, за лесом дальним
Разлился голубой разлив.
А теперь – все такое иное,
Словно май был пять лет назад.
По пути, где мы шли с тобою,
Эшелоны на запад спешат.
В них поют военные песни.
И украдкой грустят иногда.
И приходят с запада вести
Про горящие города...
Я пока еще здесь, и мать,
Я покину каменный город
И поеду туда – воевать.
Ты в тот день меня поцелуешь
Первый раз и последний раз.
Поезд тронется, и, дорогую,
Я тебя потеряю из глаз.
Нет, меня ты любила едва ли
И ласкала так, невзначай.
На лугу, где вдвоем мы гуляли,
Зеленеет трава – молочай.

65-летию Великой Победы посвящается

БАЗАНКОВ М. Ф. «Будут с гордостью вспоминать...»
БАРАНОВ Ю.Ф. «Голубой разлив». Дневники, письма, стихотворения. 1936 — 1942. Ярославль, 1988
ДЕДКОВ И.А. Из дневниковых записей 1985 — 1986 годов.
* Рукописи Юрия Баранова, поэта из Буя, ушедшего на фронт сразу после школы и погибшего в Великую Отечественную войну, собранные Е. Старшиновым, были изданы с предисловием И. А. Дедкова в 1988 году
Источники