Сходство и различие между баснями Крылова и Лафонтена

Жан Лафонтен

Жан Лафонтен
(1621-1695)
Среди придворных Людовика 14, щеголявших в пудреных париках и раззолоченных камзолах, был и Жан Лафонтен. Внешне он мало чем отличался от своих собратий: изящно кланялся, целуя руки светским дамам, любезно улыбался герцогам и маркизам, писал в альбомы придворным красавцам изысканные рифмоватые комплименты. Но именно этот человек был тем, кто рядом с Мольером создал самую широкую, чуть ли не всеобъемлющую картину нравов своей эпохи. Правда, он создал её в иносказательной форме.

И всё же современники и потомки в баснях Лафонтена без труда узнавали людей 17 века, придворных шаркунов и лизоблюдов, хищных и алчных феодалов, трусливых королевских подлипал, коварных лицемеров и ханжей, трудолюбивых и забитых крестьян. Подобно Ивану Андреевичу Крылову, Лафонтен писал свои басни не для детей, он вкладывал в них важнейшие общественные, философские, политические идеи.

Но, как это случается со многими великими книгами, как это произошло, например, с баснями Крылова, с романом «Робинзон Крузо» писателя Даниеля Дефо, с произведением «Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта и баснями Жана Лафонтена, они вошли в золотой фонд детской и юношеской литературы. Эти произведения учат юных читателей презирать тщеславных и бесчеловечных хищников, корыстолюбцев и скупцов, льстецов и подлипал, воспитывают уважение к человеческому достоинству и справедливости, к людям труда в 12 книгах. За 26 лет с1668 по 1694г.г Лафонтен описал все общественные типы эпохи: от крестьян до королей.

Робинзон Крузо

Путешествия Гулливера

Несколько
произведений
из его
творчества

Эпитафия болтуну.
Пред тем как в мир уйти иной,
Немало напорол он чуши;
Теперь вкушает он покой—
И нам не беспокоит уши.

ЭПИТАФИЯ ЛЕНТЯЮ
Каков приход, таков был и уход.
Жан промотал наследство и доход,
К богатствам никогда и и не стремился.
А жизнь устроить был он не дурак:
Разбил на две и разбазарил так:
Полжизни спал, полжизни проленился.
Ох! Ах!

Гимн наслаждению
Мы с детских лет к тебе влечемся, Наслажденье.
Жизнь без тебя — что смерть: ничто в ней не манит.
Для всех живых существ ты радостный магнит,
Неодолимое для смертных притяженье.
Лишь соблазненные тобой,
Мы трудимся, вступаем в бой.
И воина и полководца
К тебе, услада, сердце рвется.
Мед

Муж государственный, король, простой мужик
К тебе стремятся каждый миг.
И если б в нас самих, творцах стихов и песен,
Не возникал напев, который так чудесен,
И властной музыкой своей не чаровал—
Стихов никто бы не слагал.

И слава громкая — высокая награда,
Что победителям дарит олимпиада-
Ты, Наслажденье, ты! Мы знаем: это так,
А радость наших чувств — не мелочь, не пустяк.
1
2
3

Не для тебя ль щедроты Флоры,
Лучи Заката и Авроры,
Помоны яства и вино,
Что добрым Вакхом нам дано,
Луга, ручей в дремучей чаще,
К раздумьям сладостным манящий?
И не тобой ли все искусства рождены?
И девы юные прелестны и нежны
Не для тебя ли, Наслажденье?
Да, в простоте своей я думаю, что тот,
Кто хочет подавить влеченье,—
И в этом радость обретет.
В былое время был поклонником
Услады Мудрейший из мужей Эллады.
Сойди же, дивная, ко мне, под скромный кров—
Ведь он принять тебя готов.

Я музыку люблю, игру, и страсть, и книги,
Деревню, город — все, я нахожу во всем
Причину быть твоим рабом.
Мне даже радостны сердечной грусти миги.
Приди, приди! Тебе, быть может, невдомек,—
Надолго ли тебя душа моя призвала?
Столетье полное — вот подходящий срок.
Наслаждение
100