узники

Накануне нацисты, заметая следы своих страшных преступлений, при-няли решение о физическом истреблении всех заключенных. Через двое суток сюда добрались находившиеся поблизости американские войска. Позже показания узников о злодеяниях гитлеровцев дошли до международного Нюрнбергского трибунала.
65 лет назад, 11 апреля 1945 года над Бухенвальдом взметнулось красное знамя. Узники концлагеря в этот день обезоружили и захватили в плен более 800 эсэсовцев и солдат охраны. Восстание спасло их от верной гибели.

Всего на территории Германии и оккупированных ею стран действовало более 14 тысяч концлагерей
По признанию самих эсэсовцев, продолжительность жизни заключенного в лагере составляла менее года. За этот срок каждый узник приносил нацистам полторы тысячи рейхсмарок чистой прибыли.
В них совершались чудовищные преступления. Нацисты сжигали людей в печах крематориев, травили в газовых камерах, пытали, морили голодом и при этом заставляли трудиться до полного изнеможения

За годы Второй мировой войны через лагеря смерти прошли более 20 миллионов человек из 30 стран мира. 12 миллионов не дожили до освобождения.

`Слёзы - это увеличительные стёкла...`
Там в море садов и счастливых лет
Мама произвела меня на свет,
Чтобы я плакал.

Фридл Диккер-Брандейсова была художницей…
В концлагере Терезин она стала учителем рисования. В каталоге «Рисунки детей концлагеря Терезин» сказано, что Фридл «создала педагогическую систему душевной реабилитации детей посредством рисования».

В слайдах использованы рисунки детей из концлагеря Терезин
С уцелевшими в Терезине детьми в сорок четвертом году Фридл была депортирована в Освенцим. То, что она вложила в детей, погибло вместе с ними в душегубке.

Маленький садик,
Розы благоухают.
Узенькая тропинка,
Мальчик по ней гуляет
Маленький мальчик похож На нерасцветшую розу,
Когда роза расцветет,
Мальчика уже не будет.
…Когда роза расцветет, мальчика уже не будет.

Стать учителем в мире, обреченном на гибель, — страшная участь.
Фридл была с детьми, не покинула их до последнего мгновения.
Я был ребенком,
С тех пор прошло три года.
Ребенок тот мечтал о сказочных мирах.
Теперь я не ребенок,
Я видел смерть в глазах...
Это стихи Гануша Гахенбурга. Он погиб в Освенциме пятнадцатилетним.

Есть черта, которую не переступить воображению. Мы не можем воссоздать реальную картину: маленькая, коротко остриженная Фридл со своими ученицами, теперь тоже остриженными, идет в газовую камеру. У душегубки мы застываем. Свидетелей нет....

Нам дан страшный урок. Мы не можем, не имеем права жить так, как жили до него.
Вопрос «За что?» — риторический.
На него нет ответа. Но коли получен в наследство такой опыт, его надо осмыслить.
Это — запредельное, хотя случилось в пределах исторического времени с миллионами.

Зачем Фридл в голоде, холоде, страхе обучала детей приемам композиции, изобретала для них постановки из скудной барачной утвари, знакомила их с законами цветовой преференции и после каждого урока раскладывала подписанные детьми работы по папкам?
Зачем, спрашивается, это было ей нужно, когда транспорты смерти, один за другим, увозили детей «на Восток» — в Освенцим?

...На желтых бланках концлагеря, где расписание работы терезинской бани соседствует с указами по режиму, растут цветы, порхают бабочки, улыбается мама, но и лежат убитые, смотрят голодные глаза в пустые миски — судьбы тысяч детей. Благодаря Фридл они стали и нашими судьбами.