Аз есмь и Аз несмь

Фраза «Аз есмь» является именем, с которым Бог открылся пророку Моисею
Господь употребляет выражение ἐγὼ εἰμί, что по-славянски звучит как Аз есмь, а на русский обыкновенно переводится как это Я, и реже — Я есмь
Но дело в том, что в еврейском языке фраза Аз есмь является именем, с которым Бог открылся пророку Моисею у подножия горы Хорив (Исх. 3,1), и в письменном начертании известна как священная тетраграмма
Тетрагра́мма или тетраграмматон (от греч. τετρα, «четыре», и γράμμα, «буква» — четырехбуквие) — имя Божие, состоящие из четырех букв

Изображалось на письме четырьмя согласными буквами Й-Х-В-Х (на евр. י (йод) ה (хей) ו (вав) ה (хей): יהוה‎
Предположительно до разрушения Первого храма (586 г. до Р. Х.) это имя произносилось вслух в соответствующей огласовке. Однако, по меньшей мере с 3 в. до Р.Х. из-за опасения нарушить третью заповедь евреи перестали произносить это имя вслух, причем было запрещено произносить его и в богослужениях. При чтении Священного Писания тетраграмма заменялась именем Господь (евр. Адонай)
В соответствии с этим Септуагинта, а вместе с ней и большинство переводов Библии, приняли прочтение «Господь» (греч. Кюриос)

Из евангельских случаев употребления этого выражения хочется остановиться на двух, наиболее, на наш взгляд, показательных. Это Евангелие от Иоанна, 8 глава, 58 стих и 18 глава с 5 по 7 стих в том же Евангелии
В первом случае Господь, отвечая на упоминание иудеями Авраама, произносит фразу: Прежде, нежели был Авраам, Я есмь (Ин. 8,58). Почему после этой фразы оппоненты Христа уже не пытаются продолжить беседу, но делают попытку умертвить Его: Тогда взяли каменья, чтобы бросить на Него (Ин. 8,59). В чем причина столь молниеносной реакции?

Публичное произнесение этого имени строго запрещалось, а нарушение запрета наказывалось карами небесными и земными. «Во II веке авва Саул на всякого, осмеливающегося произнести это имя, провозглашает грозное запрещение – лишение прав в будущей жизни»
Есть свидетельство этого же века, что осмелившиеся нарушить запрет карались смертью: «Когда привели рабби Ханина бен-Терадиона, то его спросили: почему ты занимаешься Торой? Он ответил: потому что יהוה, мой Бог, повелел мне. Тотчас решили его сжечь… Почему постановили над ним приговор смерти сожжением? Потому что он Божественное имя произнес его буквами»

Таким образом, мы можем сделать вывод, что, с одной стороны, во времена Христа библейское Божественное имя «Аз есмь» было известно в израильском народе
С другой стороны, произнесение священного имени вне храмового богослужения было табуировано, и нарушение этого табу каралось вплоть до смертной казни
Табу́ — строгий запрет на совершение какого-либо действия, основанный на вере в то, что подобное действие является либо священным, либо несущим проклятие для обывателей, под угрозой сверхъестественного наказания

В свете сказанного, становится более понятной ответная реакция иудеев на слова Христа: Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам: прежде нежели был Авраам, Я есмь. Тогда взяли каменья, чтобы бросить на Него; но Иисус скрылся и вышел из храма, пройдя посреди них, и пошел далее (Ин. 8,58-59)

Епископ Кассиан (Безобразов) пишет: «Как утверждение собственного бытия в полном и единственном смысле слова, ἐγὼ εἰμί в греческом подлиннике и “Я есмь” в современном переводе допускает сближение с ветхозаветной Тетраграммой. В этом понимании ἐγὼ εἰμί могло бы выражать откровение во Христе Отца
<...> Но учение Иисуса в гл. VIII кончается торжественными словами ст. 58: ...истинно, истинно говорю, прежде, чем Авраам был, Я есмь. <...> Господь заключает беседу торжественным свидетельством не только о Своем предсуществовании, но и о предсуществовании в Божественном достоинстве»

Вне Бога – вне жизни
Бог есть Сущий. Он имеет жизнь в Самом Себе(Ин. 5,26)
Человек, как и весь мир, создан из ничего и не имеет автономного источника существования. Он существует только в меру причастности к Богу. Вне Бога – вне жизни
Итак, если Господь есть Тот, Кто поистине существует, то что же есть человек сам по себе? Это нам показал апостол Петр в своем ответе служанке первосвященника. После взятия Христа под стражу ближайший ученик впадает в состояние, которое на языке православных молитв называется «окамененным нечувствием». Пред читателем Евангелия предстает человек, который хочет скрыться, остаться неузнанным, возможно даже – исчезнуть, испариться, аннигилироваться, одним словом – не быть