«Душа из пламени и дум!»

Содержание:
Математическая единица
Урождённая
Способная
Наречённая
Упрямая
Отвергнутая
Выдающаяся

Софья Васильевна Ковалевская - первая русская женщина-математик, член-корреспондент Петербургской Академии Наук, первая женщина профессор Стокгольмского университета, талантливая писательница, общественная деятельница.
Именно эту женщину, прорвавшую блокаду предрассудков своего века и вырвавшую у мужчин прерогативу гениальности, учителя математики любят ставить в пример нерадивым школьникам, когда хотят сказать о пользе трудолюбия и любви к решению самых сложных задач.

Софья Васильевна Ковалевская
Софья Ковалевская родилась третьего января 1850 года в Москве. Её отец , артиллерийский генерал, Василий Васильевич Корвин-Круковский занимал должность начальника арсенала. Мать, Елизавета Фёдоровна Шуберт, была талантливой пианисткой и просто обаятельной светской женщиной, говорившей на четырёх европейских языках.

Софья дорожила первой частью своей двойной фамилии, о происхождении которой рассказывала легенду: дочь венгерского короля Матвея Корвина вышла замуж за польского магната Корвин - Круковского. Матвей Корвин, как известно, был не только великий воин, но также просвещенный покровитель наук, литературы и искусств. В отце ее текла также цыганская кровь, потому что дед или прадед ее был женат на цыганке.

С материнской стороны в роду у Софьи были два немца - академика Петербургской академии наук. Она была на 20 лет моложе отца. Впоследствии Ковалевская говорила о себе: «Я получила в наследство страсть к науке от предка, венгерского короля Матвея Корвина; любовь к математике, музыке, поэзии — от деда по матери, астронома Шуберта; личную свободу — от Польши; от цыганки-прабабки — любовь к бродяжничеству и неумение подчиняться принятым обычаям; остальное — от России». По материнской линии Ковалевская была в родстве с художником А.Брюлловым, а по отцовской - с гениальным русским композитором М.П.Мусоргским. В семье было трое детей: Аня, Соня и Фёдор.

Палибино.
Когда Соне было шесть лет, отец вышел в отставку и поселился в своем родовом имении Палибино, в Витебской губернии.

Музей расположен в усадьбе, построенной отцом С.Ковалевской В.В.Корвин - Круковским. Она включает в себя двухэтажный каменный дом с башней, флигель, парк и озеро. Софья провела здесь детские и отроческие годы. Об этом периоде она написала повесть "Воспоминания детства", изданную во всех европейских странах.
На сегодняшний день Палибинский музей является единственным не только в России, но и в мире музеем, посвященным этой замечательной женщине. В 1997г. он был внесен в международный каталог «Музеи мира» под №506. В настоящее время музей проводит экскурсии по выставке, а также по мемориальному дому, который находится на реставрации, по мемориальному парку.
Палибино.

Математические способности Ковалевской проявились рано. Да и некоторые случайности счастливо вмешались в судьбу. «Когда мы переезжали на житье в деревню, - рассказывала Ковалевская в своих воспоминаниях, - весь дом пришлось отделать заново... Но на одну из наших детских комнат обоев не хватило. Эта обиженная комната так и простояла много лет с одной стеной, оклеенной простой бумагой. Но, по счастливой случайности, на эту предварительную оклейку пошли именно листы литографированных лекций Остроградского о дифференциальном и интегральном исчислении, приобретенные моим отцом в его молодости. Листы эти, испещренные странными, непонятными формулами, скоро обратили на себя мое внимание. Я проводила целые часы перед этой таинственной стеной, пытаясь разобрать хоть отдельные фразы и найти тот порядок, в котором листы должны были следовать друг за другом. От долгого ежедневного созерцания внешний вид многих из формул так и врезался в моей памяти, да и самый текст оставил о себе глубокий след в мозгу, хотя в самый момент прочтения он и остался для меня непонятным. Когда, много лет спустя, уже пятнадцатилетней девочкой, я брала первый урок дифференциального исчисления у известного преподавателя в Петербурге Александра Николаевича Страннолюбского, он удивился, как скоро я схватила и усвоила себе понятие о пределе и о производной, «точно я наперед их знала». И дело, действительно, было в том, что в ту минуту, когда он объяснял мне эти понятия, мне вдруг ясно припомнилось, что все это стояло на памятных мне листах Остроградского, и самое понятие о пределе показалось мне давно знакомым...»

«В двенадцать лет, - писала Ковалевская в своих воспоминаниях, - я была глубоко убеждена, что буду поэтессой. Из страха гувернантки я не решалась писать своих стихов, но сочиняла их в уме, как старинные барды, и поверяла их своему мячику. Погоняя его перед собой, я несусь, бывало, по зале и громко декламирую два моих поэтических произведения, которыми особенно горжусь: „Обращение бедуина к его коню" и „Ощущения пловца, ныряющего за жемчугом". В голове у меня задумана длинная поэма „Струйка", нечто среднее между „Ундиной" и „Мцыри", но из нее готовы пока только первые десять строф...»

Софья схватывала все на лету, щелкала сложнейшие задачи, как орешки, и все чаще шепталась со старшей сестрой Анной об их дальнейшей судьбе в патриархальной России, преграждающей женщинам дорогу в университеты…
Единственную возможность получить высшее образование давало зарубежье. Попасть туда можно было двумя способами: в качестве ученицы или же в статусе чьей-нибудь жены. Полковник Корвин-Круковский и слышать не желал, что его старшая дочь Анна собирается стать писательницей, а младшая Софья имеет большие виды на высшую математику. И упертым сестрам оставалось одно: фиктивно выйти замуж.

В ту пору дом Корвин-Круковских частенько посещал и Федор Достоевский. Он добивался внимания Анны и не замечал, какие по-детски откровенные взгляды бросала на него очаровательная Софья.
Анна писателю в принятии руки и сердца отказала, а для своего замысла фиктивного замужества вскоре нашла отличную кандидатуру – 26-летнего издателя Владимира Ковалевского..

Он дал согласие на фиктивный брак… но не с Анной, а с поразившей его Соней. "Несмотря на свои 18 лет, воробышек великолепно образована, знает все языки, как свой собственный, и занимается до сих пор главным образом математикой, причем проходит уже сферическую тригонометрию и интегралы, — работает, как муравей, с утра до ночи и при всем этом жива, мила и очень хороша собой. Вообще, это маленький феномен, и за что он мне попался, я не могу сообразить", – писал счастливый Ковалевский брату. Соня ответила ему согласием. Они твердо договорились ехать после свадьбы в Берлин, где юная Ковалевская будет держать экзамен в университет.

Но Германия, оказалось, тоже возражала против присутствия женщин в высших учебных заведениях, особенно на математическом факультете. И все же Софья Ковалевская настояла на встрече с крупнейшим математиком Карлом Вейерштрассе. Ученый, абсолютно убежденный в правоте слов Спенсера, что "женщина и математика несовместимы", дал настырной иностранке самые сложные задачки – пусть одумается и быстренько вернется на кухню, где ей самое место. Но Софья, вместо того, чтобы "одуматься", довольно быстро предоставила Вейерштрассе все решения. Пораженный ее способностями, математик взял Ковалевскую себе в частные ученицы.

Освоившись в Берлине и поднабравшись опыта и знаний в математике, Софья засела за труды. Она написала исследования "О приведении некоторого класса абелевых интегралов третьего ранга к интегралам эллиптическим" и "К теории дифференциальных уравнений в частных производных", за которые Совет Геттингенского университета присудил Ковалевской степени доктора философии по математике и магистра изящных искусств "с наивысшей похвалой".

Вооруженная образованием и почетом, в 1874 году Ковалевская вернулась в Петербург. Но российские чиновники оценили заграничную популярность юной ученой, и только. Ее энергия и знания опять были никому не нужны. Даже до преподавания на Бестужевских женских курсах, открывшихся в то время, Софью не допустили. В сердцах она кинула всем этим ученым шовинистам: "Когда Пифагор открыл свою знаменитую теорему, он принес в жертву богам 100 быков. С тех пор все скоты боятся нового".

Потерпев поражение в борьбе с чиновниками, Софья на какое-то время окунулась в писательство и журналистику, начав сотрудничество с газетой "Новое время". Эта деятельность ее не удовлетворяла. В 1878 году Софья родила дочь, её муж - Владимир вскоре отправился за границу, и Софья последовала за ним. Но долговечным брак Ковалевских так и не стал. В 1883 году Владимир Онуфриевич покончил жизнь самоубийством. Ковалевская в то время была в Париже. Узнав о трагедии, она четыре дня не могла съесть ни крошки, отчего стала падать в обмороки. И постоянно твердила, что это она виновата – не уберегла, не помогла…

Разбитая, терзаемая чувством вины, не признанная собственной страной, Ковалевская нашла приют в Стокгольме. Здесь ее допустили и до преподавания в университете, и до публикации научных работ, и до общественного признания. В 1887 году здесь же она встретила Максима Ковалевского.

Бывший преподаватель Московского университета Максим Ковалевский был ярким и образованным мужчиной. Он был очарован Софьей, она – откровенно и нежно его любила. Однажды он полушутя предложил Софье оставить науку и выйти за него замуж. Ковалевская приняла его слова всерьез, но устало обронила, что один из них этот год не переживет. Слова сбылись. Простудившись в январе во время путешествия из Италии в Стокгольм, Софья сгорела за считанные дни. На исходе первого месяца нового года ее не стало.

Склонившись над ее могилой, единственный русский на похоронах, Максим Ковалевский, произнес за всю Россию: "Софья Васильевна! Благодаря вашим знаниям, вашему таланту и вашему характеру вы всегда были и будете славой нашей родины. Недаром оплакивает вас вся ученая и литературная Россия. От ее имени прощаюсь с вами в последний раз!"

Прощаясь с Ковалевской, Фриц Лэффер написал стихотворение "На смерть Ковалевской"
Душа из пламени и дум!
Пристал ли твой корабль воздушный
К стране, куда парил твой ум,
Призыву истины послушный?
Прощай! Тебя мы свято чтим,
Твой прах в могиле оставляя.
Пусть шведская земля над ним
Лежит легко, не подавляя...
Прощай! Со славою твоей
Ты, навсегда расставшись с нами,
Жить будешь в памяти людей
С другими славными умами.
Покуда чудный звездный свет
С небес на землю будет литься,
Кольцо Сатурна не затмиться.
«Душа
из пламени
и дум!»

ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ ИСТОЧНИКИ:
http://ru.wikipedia.org/wiki/Ковалевская,_Софья_Васильевна
http://www.tonnel.ru/?l=gzl&uid=718
http://lichnosti.net/people_2872.html
http://images.yandex.ru/yandsearch?text=%D1%81%D0%BE%D1%84%D1%8C%D1%8F%2