Поэзия и живопись

Яков Полонский
Она давно прошла, и нет уже тех глаз
И той улыбки нет, что молча выражали
Страданье — тень любви, и мысли — тень печали,
Но красоту её Боровиковский спас.
Так часть души ее от нас не улетела,
И будет этот взгляд и эта прелесть тела
К ней равнодушное потомство привлекать,
Уча его любить, страдать, прощать, молчать.

Боровиковский воспроизводит в портрете типичные особенности национального русского пейзажа - белые стволы берез, васильки и ромашки, золотые колосья ржи. Национальный дух подчеркнут и в образе Лопухиной, которому свойственно выражение нежной чувствительности.

Белое платье, сиреневые шарф и розы, голубой пояс, пепельный цвет волос, зеленый фон листвы и наконец мягкая воздушная дымка, заполняющая пространство, — все это образует такое единство средств живописного выражения, при котором полнее и глубже раскрывается создание образа.

Мария Ивановна в 1797 году вышла замуж за Степана Авраамовича Лопухина, И именно в этом году был написан знаменитый портрет - по заказу её мужа,
в связи со свадьбой.
На момент написания портрета Марии Ивановне было всего 18 лет. По немногим дошедшим до нас воспоминаниям современников можно предположить, что она скорее всего не была счастлива в этом браке, который был заключен с человеком старше её на 10 лет, человеком ничем не примечательным, причём не по любви, а вероятнее всего по воле родителей... Через 3 года молодая жена скончалась от чахотки...
Их брак был бездетным.

Портрет, созданный Боровиковским в 1797 году, долгое время находился в собрании родственников. Он хранился у племянницы Марии Ивановны, дочери Федора Толстого. Портрет высоко ценился как семейная реликвия. И именно в доме дочери Толстого, которая стала супругой московского губернатора Перфильева, этот портрет увидел Павел Михайлович Третьяков в конце 1880-х годов и оттуда картина попала в собрание Третьяковской галереи.

Проклятье портрета
Во времена Пушкина портрет Марии Лопухиной был одной из главных «страшилок». Девушка прожила жизнь короткую и несчастливую, а после написания портрета умерла от чахотки. Ее отец Иван Лопухин был известным мистиком и магистром масонской ложи. Потому и поползли слухи, что ему удалось заманить дух умершей дочери в этот портрет и что если молодые девушки взглянут на картину, то вскорости умрут. По версии салонных сплетниц, портрет Марии погубил не меньше десяти дворянок на выданье...
Конец слухам положил меценат Третьяков, который в 1880 году купил портрет для своей галереи. Разговоры и утихли,но мистический след в истории картины сохранился.

Александра Струйская
Прозрачный, как будто сотканный из воздуха и света портрет Струйской – самая известная работа кисти Федора Степановича Рокотова. Но не только красавица Александа Струйская вдохновила художника: его замечательный портрет вдохновил поэта

Когда Александра Петровна вышла замуж за Струйского, ей было семнадцать или восемнадцать лет. Вскоре после свадьбы супруги совершили путешествие в Москву, где Николай Ереемевич заказал своему старому доброму приятелю, художнику Рокотову, их фамильные портреты.

Сам Струйский так описывал свою возлюбленную в одном из множестве стихотворений, посвященных ей:
Когда б здесь кто очей твоих прелестных стоил,
Давно б внутрь сердца он тебе сей храм построил,
И в жертву б он себя к тебе и сердце б нес.
Достойна ты себя, Сапфира!.. и небес.
Почтить твои красы, как смертный, я немею,
Теряюсь я в тебе?.. тобой я пламенею.

Струйский был очень высокого мнения о своем творчестве. Случайно зашедших гостей Струйский заставлял слушать свои произведения. Впрочем были у помещика-графомана и другие причуды, не столь безобидные. Существовал домашний тир Струйского, где крепостных крестьян заставляли бегать на ограниченном пространстве, в то время как хозяин стрелял из ружей и пистолетов, причем, отнюдь не холостыми пулями.

Кроме этого, у Струйского была коллекция орудий пыток, старательно скопированная со средневековых орудий пыток. Иногда он устраивал суд над кем-то из своих крепостных и приговор был –
“запытать насмерть” .

Александра Петровна Струйская пережила своего мужа-поэта на 43 года.
Александра Петровна подарила мужу восемнадцать сыновей и дочерей, из которых четверо были близнецами и десять умерли в младенчестве.