Креативная революция 60-х. Реклама на ТВ
Возникновение и эволюция массовой информации Вклад копировальной бумаги и транзисторов в падение коммунизма в Советском Союзе и его восточноевропейских сателлитах не просто кумулятивный. Эти два инструмента позволили организовать политическое взаимодействие, которого никто не предвидел, но которое за несколько десятилетий разрослось и превысило самые оптимистические ожидания угнетенного населения этих стран, а для их правителей обратилось в настоящий кошмар. Советская аудитория отличалась от Запада, особенно от США, по меньшей мере в четырех аспектах. Во‑первых, в отличие от западных стран, советские люди воспринимали своих писателей и поэтов гораздо серьезнее, те занимают важную позицию в публичном пространстве. Когда политическая воля народа подавляется, ее место занимает литература. Как сказал русский поэт Осип Мандельштам, «поэзию уважают только у нас. За нее убивают. Только у нас. Больше нигде…». Из‑за своих сочинений он вскоре и умер. Во‑вторых, руководители Советского Союза ограничивали приток новостей из‑за рубежа, а потому советское население стало интересоваться политикой гораздо сильнее, чем американцы (в нашей стране почти никто – даже бывший президент – не отличит Словакию от Словении). В‑третьих, в сталинские времена власть позволяла обыкновенным рабочим больше, чем интеллигенции и партийным чиновникам. К примеру, одной молодой фабричной работнице администрация приказала бесплатно работать сверхурочно. Она повернулась спиной к сидевшим за столом администраторам, задрала юбку и сказала: «Пусть товарищ Сталин и все вы поцелуете меня в зад». Наступило долгое молчание, комиссия побледнела от страха, затем кто‑то нервно рассмеялся: «Вы заметили, она без штанишек?» В‑четвертых, после смерти Сталина сделалось приемлемым и даже модным задавать «острые вопросы» на самых высоких политических уровнях и в элитных учебных заведениях. Американский студент Уильям Таубман, по обмену приехавший в начале шестидесятых годов в Московский университет, заметил, что студенты особенно потешались над профессорами, преподававшими марксистскую теорию, и очень уважали тех, кто умными вопросами мог поставить в тупик инструкторов райкомов. История журналистики Канадский философ и литературный критик Маршалл Маклюэн (1911 – 1980 гг.) еще в конце 1950-х – начале 1960-х годов начал изучать воздействие коммуникации на человека и общество. первый этап – первобытная дописьменная культура, основанная на устных формах коммуникации и общинных принципах восприятия мира. В этой культуре пре-обладает устная коммуникация; второй этап – письменно-печатная культура, характеризующаяся индивидуализ-мом и национализмом, которая породила человека новой, индустриальной формации; третий этап – современный, эпоха электричества, для которой Маклюэн вво-дит понятия «электронное общество» и «глобальная деревня». Маклюэн писал, что в результате совершенствования и распространения электронных средств массовой информации мир сжался до размера деревни, возвращаясь, по сути, в первобытное состояние, и появилась возможность мгновенной передачи информации из одной точки земного шара в другую. По мнению Маклюэна, телеграф, телефон, телевидение и компьютер, т.е. все электронные средства коммуникации, – суть продолжение нервной системы человека и, таким образом, непосредственно влияют на его общественную и психическую жизнь. Маклюэн предсказал, что с помощью средств массовой информации можно бу-дет держать под контролем целые культуры и народы мира. Сегодня, спустя три с лишним десятилетия после смерти Маклюэна, понятие «глобальная деревня» (global village), в которой ничего нельзя скрыть от окружающих, активно используется как иллюстрация безграничных возможностей Интернета
Slaidy.com
