Маяковский Владимир Владимирович 1893 - 1930

Семья. Учеба

Революционная деятельность
Думалось – стихов писать не могу.
Опыты плачевные .Взялся за
живопись…
Днём у меня вышло стихотворение.
Бурлюк рявкнул:«…Да вы же гениальный поэт!»
А вы
ноктюрн сыграть
могли бы
на флейте водосточных труб?

«Маяковский принадлежал к группе футуристов... Наиболее глубоким был Хлебников, наиболее последовательным, ортодоксальным — Крученых, наиболее патетичным — Пастернак, наиболее сильным и человечным — Маяковский. Он был огромного роста, мускулист и широкоплеч. Волосы он то состригал наголо, то отращивал до такой степени, что они не слушались уже ни гребенки, ни щетки и упрямо таращились в беспорядке — сегодня в одном направлении, завтра — у другом. Тонкие брови лежали над самыми глазами, придавая им злобный оттенок. Нижняя челюсть плотоядно выдавалась вперед. Гордый своей внешностью, он писал: Иду — красивый, Двадцатидвухлетний... («Облако в штанах», 1915)» (Ю. П. Анненков. «Дневник моих встреч»).
Ю. П. Анненков.
«Владимир Маяковский».

В. В. Маяковский.
Портрет работы Н.Соколова.
Плыли по небу тучки.
Тучек – четыре штучки.
От первой до третьей – люди,
Четвёртая была верблюдик.
К ним, любопытством объятая,
По дороге пристала пятая,
От неё в небосинем лоне
Разбежались за слоником слоник.
И, не знаю, спугнула шестая ли,
Тучки взяли все – и растаяли.
И следом за ними, гонясь и сжирав,
Солнце погналось – жёлтый жираф.
Тучкины штучки

Про это…
«Любовь — это сердце всего»
Уже в ранних бунтарских стихах и поэмах Маяковского значительное место занимает любовная лирическая тема: «Любовь мою, как апостол во время оно, по тысяче тысяч разнесу дорог». Любовь «вымучивает душу» страдающего, одинокого поэта. В 1915 Маяковский познакомился с Лилей Брик, которая заняла центральное место в его жизни.

Вглядитесь в лицо этой женщины. Она не кинозвезда, не поэтесса Серебряного века, не фотомодель. Ее вообще трудно назвать фотогеничной. А в нее влюблялись самые замечательные мужчины века. Маяковский, Леже, Ив Сен-Лоран. Даже в старости она была окружена влюбленными. Ей поклонялись Жерар Филипп и Сергей Параджанов. Говорят, она несла в себе некую порочность поскольку открыто жила с двумя мужчинами. Но это не она, это они не могли уйти от нее, мужчины ее друг у друга вырывали. В чем ее тайна? Вглядитесь попробуйте отгадать…
ЛИЛЯ БРИК

Тайну своей власти над мужчинами
вряд ли могла объяснить и сама Лиля Брик. Хотя пробовала. Например, так: «Надо внушать мужчине, что он замечательный или даже гениальный, но что другие этого не понимают. И разрешать ему то, что не разрешают дома. Например, курить или ездить куда вздумается. Ну а остальные сделают хорошая обувь и шелковое бельё». Да, наверное следуя такому совету, можно привязать мужчину. Но – влюбить?

А там,
Где тундрой мир вылинял,
Где с северным ветром ведёт река торги,-
На цепь нацарапаю имя Лилино
И цепь исцелую во мраке каторги
«Флейта – позвоночник»

«Творец в горящем гимне».
Маяковский и
Мария Мейерова
Поэзия 1910-х гг.
Маяковский использует воинственно изломанный, грубый, стилистически сниженный язык, контрастно оттеняющий традиционные поэтические образы, — «любовь на скрипки ложите», «ноктюрн... на флейте водосточных труб».
Лирический герой,
эпатирующий обывателя резкостью, ломкой языка и богохульством («Арканом в небе поймали бога»), остается романтиком, одиноким, нежным, страдающим, чувствующим ценность «мельчайшей пылинки живого».

Стихи Маяковского 1910-х годов были ориентированы на воспроизведение в устной форме — с эстрады, на вечерах, диспутах (сборник «Для голоса», 1923; в журналах, газетах и книжных изданиях стихи часто появлялись в исковерканном цензурой виде). Для восприятия на слух как нельзя лучше подходили их короткие рубленые строки, «рваный» синтаксис, «разговорность» и нарочито фамильярная («панибратская») интонация: «... Вам ли, любящим баб да блюда, жизнь отдавать в угоду?». В сочетании с высоким ростом («здоровенный, с шагом саженьим») и зычным голосом Маяковского все это создавало неповторимый индивидуальный образ поэта-борца, площадного митингового оратора, защитника «безъязыкой улицы» в «адище города», слова которого не могут быть красивы, они — «судороги, слипшиеся комом».
Реформатор
поэтического языка

Окна РОСТА

«Я хочу быть понят моей страной»
Революция была принята Маяковским как осуществление возмездия за всех оскорбленных в прежнем мире, как путь к земному раю. Позицию футуристов в искусстве Маяковский утверждает как прямую аналогию теории и практики большевиков и пролетариата в истории и политике. Маяковский организует в 1918 группу «Комфут» (коммунистический футуризм), деятельно участвует в газете «Искусство коммуны», в 1923 создает «Левый фронт искусств» (ЛЕФ), куда вошли его единомышленники — писатели и художники, издает журналы «ЛЕФ» (1923-1925) и «Новый ЛЕФ» (1927-1928). Стремясь использовать все художественные средства для поддержки нового государства, пропаганды новых ценностей, Маяковский пишет злободневную сатиру, стихи и частушки для агитационных плакатов («Окна РОСТА», 1918-1921).

«По родной стране пройду стороной,
как проходит косой дождь»
Владимир Маяковский оказал большое влияние на поэзию 20 века. В его дореволюционном творчестве форсированная до крика исповедь поэта воспринимает действительность как апокалипсис. Поэт восторженно принял Октябрьскую революцию, ее прославлению посвятил все свои силы. Несоответствие идеалов и реальной жизни в конце концов привели поэта к трагическому концу.

14 АПРЕЛЯ 1930 г. «Красная газета».
«Сегодня в 10 часов 17 минут в своей рабочей комнате выстрелом из нагана в область сердца покончил с собой Владимир Маяковский. Прибывшая «скорая помощь» нашла его уже мертвым. В последние дни В.В.Маяковский ничем не обнаруживал душевного разлада и ничего не предвещало катастрофы».

Ширь,
бездомного
снова
Лоном твоим прими!
Небо какое теперь?
Звезде какой?
Тысячью церквей
подо мной
затянул
и тянет мир:
«Со святыми упокой!»
А что на Рассее –
На матушке? – То есть
Где? – В Эсэсэре
Что нового? – Строят.
Родители – родят,
Вредители – точут,
Издатели – водят,
Писатели – строчут.
(В кровавой рогоже,
На полной подводе…)
Всё то же, Серёжа!
Всё то же, Володя!
М.Цветаева