Симфония №1 Классическая С.С. Прокофьева

Сергей Сергеевич Прокофьев
Во время обучения в консерватории Сергей Прокофьев славился умением экспериментировать. Молодой композитор не боялся ярких и нестандартных решений, чем не раз удивлял публику. Его сочинения называли новаторскими и даже хулиганскими, ведь в них всегда можно было найти что-то свежее и необычное. Стиль Прокофьева уже тогда был ясно сформирован и узнаваем.
Многие ожидали услышать эпатирующее сочинение, но Прокофьев преподнес публике удивительно ясный и стройный симфонический цикл. В нём слились воедино тенденции XX века и времён Гайдна, а симфония получила гордое название «Классическая».

История создания
«Классической симфонии» Прокофьева
В своей первой симфонии Сергей Прокофьев хотел пофантазировать и представить, какое бы произведение написал Йозев Гайдн в наши дни, если бы сохранил свою манеру письма, но использовал бы новые гармонии.

Название «Классическая», как объясняет автор, было дано «из-за озорства, чтобы подразнить гусей».
Тем более композитор надеялся, что в дальнейшем
произведение всё-таки станет классикой.
История создания
«Классической симфонии» Прокофьева

Работа над композицией началась в 1916 году. К осени в партитуре была поставлена последняя нота. Сочинение было полностью приготовлено к исполнению. Каллиграфическим почерком поставлена дата – 10 сентября. Затем месяцы репетиций, и вот 21 апреля 1918 года музыка была представлена на суд строгой публике. Дирижировал симфонией сам автор. Успех был оглушительный, слушатели были в полном восторге. Спустя несколько недель композитор будет уже далеко от Родины. Он отправился в Америку и вернулся лишь в 1936 году.

Сочинение словно интерпретация старой истории в новом времени.
Сюжет и идея остаются прежними,
но обстановка и люди уже изменились.
Вечный театр жизни.

I часть. Allegro (D-dur)
Уже с первых тактов оркестр даёт о себе знать. Раскатистый аккорд напоминает призыв собраться на представление. Лёгкость и подвижность главной темы позволяют прочувствовать солнечный день, в котором царствует суета. Вот шутливая побочная появляется скачками струнной группы. Кажется, она озорничает. Слышите на неё ворчит неуклюжий фагот, он вновь стал жертвой её колких насмешек. Не по нраву пришлось чувство юмора побочной валторнам, они словно повзрывались от злости. Но эти склоки – лишь повод для смеха толпы. Только финальные аккорды замыкают эту карнавальную суматоху.

II часть. Largetto (A-dur)
Пришло время отдохнуть от назойливых актёров. Что может быть лучше, чем просто потанцевать под хорошую музыку. Идеальным сопровождением будет медленный старинный танец. В нём явно есть поступь полонеза и галантность менуэта. Яркие и непрекращающиеся трели украшают простую народную мелодию.

III часть. Gavotta (D-dur)
Меланхоличный танец сменяется жизнерадостным гавотом. Широкие мелодические ходы идеально сочетаются с размашистыми движениями танца. Аккомпанемент отчетливо напоминает звучание шотландской волынки, погружая слушателя в абсолютно новый мир. Постепенно плясовой мотив становится все тише, словно удаляясь в даль. На его смену возвращается раздольная тема с широкими скачками. Она и завершает этот необыкновенный танцевальный парад.

Финал: Molto vivace (D-dur)
Головокружительный финал отличается богатством гармонических красок. В нём заложена идея бесконечного кружения в вихре жизненного потока. Дни пролетают незаметно, меняются сезоны, проходят годы, но ритм остаётся неизмененным. Остается лишь радоваться каждому мгновению и дарить счастье другим. Наверное, если бы шутник Гайдн услышал это произведение, то непременно оценил бы находчивость и озорство юного композитора, ведь он сам так любил сюрпризы в музыке.