Из древнерусской литературы «Слово о полку Игореве»
История находки «Слово о полку Игореве» было найдено в начале 90-х годов XVIII века известным любителем и собирателем русских древностей А.И.Мусиным-Пушкиным. Первое, очень краткое сообщение о «Слове» было сделано известным поэтом того времени М.М.Херасковым в 1797 году, во втором издании его поэмы «Владимир». Затем о «Слове» несколько более подробно сообщил Н.М.Карамзин. С рукописи «Слова» были сняты копии: одна из них, предназначавшаяся для Екатерины II, дошла до нас. Кроме переписанного текста «Слова», екатерининский текст заключал в себе перевод, примечания и краткую справку о «Слове». В XVIII веке были сделаны еще и другие переводы, постепенно совершенствовавшие первый, в котором было много ошибок из-за явного непонимания древнерусского языка. Краткое содержание Слово о полку Игореве” имеет традиционную для древнерусской литературы композицию (построение): зачин, основная часть, здравица в честь правителей.
В развернутом зачине “Слова...” автор излагает свою точку зрения на описываемые им события. Он намерен рассказать о походе Игоря все как было, без прикрас, “по былинам своего времени”. Боян (народный певец) же, если хотел кому песню сложить, то не следовал былинам, а “растекался мыслию по древу, серым волком по земле, сизым орлом под облаками”, вел свое повествование очень поэтически, образно. “Боян... не десять соколов на стадо лебедей напускал, но свои вещие персты на живые струны воскладал, они же сами провозглашали славу князьям”.
Автор намечает хронологические границы повествования “Слова” “от старого Владимира (Святославича Киевского. — Авт.) до нынешнего Игоря (Святославича Новгород-Северского. — Авт.), который “заострил сердце свое мужеством, исполнившись ратного духа, навел свои храбрые полки на землю Половецкую за землю Русскую”. Начинается поход с грозного предзнаменования (солнечного затмения 1 мая 1185 года). Игорь взглянул на светлое солнце и увидел, что от него все воины тьмою покрыты. Но князь не внемлет предостережению Неба, говорит своим воинам: “Братия и дружина! Лучше всем убитыми быть, чем плененными...”, он не хочет бесславно дожидаться половцев, сидя дома. “Ум князя уступил страстному желанию” завоевать половецкие земли. “С вами, сыны русские, хочу сложить свою голову, или испить шеломом (шлемом. — Авт.) Дона”. Намерение Игоря одобряет и его брат, “Буй Тур” (мужественный) Всеволод. И сказал брату Всеволод: “Оба мы Святославичи, седлай же, брат, своих борзых коней, а мои готовы, оседланы у Курска. А мои куряне — опытные воины: под трубами повиты, под шлемами взлелеяны, концом копья вскормлены...”. Встретившись с братом, Игорь “вступил в золотое стремя”, т.е. выступил в поход. (Автор упоминает о золотом шлеме, стремени, седле, подчеркивая княжеский титул Игоря.) В пути следования все предвещает князьям поражение: “...свист звериный встал, взбился Див (божество половцев. — Автор), кличет на вершине дерева...” — предупреждает своих о походе русичей. Уже не может быть речи о внезапности нападения, на которую так надеялся Игорь. Хищные птицы, волки, лисицы, предвкушая добычу, стремятся к войску. И рефреном (припевом) звучит фраза: “О Русская земля! Уже ты за (пограничным) холмом!”